Гадание на газетной гуще

0
19

Тема инаугурации и всех связанных с ней формальностей привлекла в последние дни повышенное внимание прессы.

Независимая газета отметила курьезность ситуации, когда Путин-премьер обязан информировать Путина-президента о роспуске кабинета (так называемая «куртуазная отставка» — в отличие от варианта, когда премьер слагает полномочия после соответствующего указа президента).

Газета Сегодня сообщила о требовании «группы именитых российских правозащитников» исключить участие в церемонии инаугурации главы Русской православной церкви.

В 1996 году Алексий Второй наряду с представителями всех ветвей власти был участником соответствующего действа (он, правда, не благословлял Ельцина на президентство, а лишь поздравил его после принесения присяги и пожал ему руку). Однако главы других конфессий всего лишь присутствовали на церемонии в качестве зрителей. Это и дало повод директору общероссийского движения «За права человека» Льву Пономареву заявить, что, поскольку Россия — страна многоконфессиональная, «демонстрация особой приближенности к власти Патриарха Московского и всея Руси может быть расценена как оскорбление верующих других конфессий».

Впрочем, сами «конфессиональные меньшинства» отнеслись к ситуации спокойно. Шейх Фарид Асадуллин заявил, что мусульмане не считают себя обойденными вниманием, тем более, что Председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин приглашен на церемонию. Еще более философски высказались в аппарате главного раввина России: «Все это — политика, к которой мы относимся равнодушно. Пригласят — поучаствуем. Если рядом с президентом опять будет фигурировать только Патриарх, тоже особо не расстроимся».

Газета Известия напомнила между тем многочисленные высказывания тех же самых правозащитников в адрес Путина, в которых нынешний президент именовался «тираном, зловещим чекистом, царем Иродом etc., с которым приличному человеку (английской королеве, например) и общаться-то стыдно».

Если исходить из этой системы оценок, замечают Известия, присутствие православного патриарха на инаугурации «царя Ирода» должно скорее оскорблять чувства православных верующих, а приверженцы всех других конфессий должны радоваться тому, «сколь исправно их религиозные наставники удаляются от вселенского зла, воплощенного в персоне В.В.Путина». Однако эта логика правозащитниками почему-то не учитывается.

Газета Время MN заранее опубликовала целую подборку мнений известных политологов о том, что именно должен сказать президент в своей инаугурационной речи.

Директор Института политических исследований Сергей Марков считает, что «тронная речь» должна быть посвящена сегодняшним российским проблемам: Чечне (российские солдаты обязаны «сломать хребет ичкерийскому фашизму»), борьбе с бедностью, с коррупцией и оргпреступностью (коррупция — «болезнь общества», единственное лекарство против которой — «экономика должна быть приватизирована, а государство национализировано») и т.д.

Александр Шохин заявил газете, что Владимир Путин не должен говорить «ничего, кроме пяти строчек клятвы, записанных в Конституции». Изложить же свою программу действий новый президент сможет во время представления Госдуме кандидатуры нового премьер-министра.

Президент фонда «Политика» Вячеслав Никонов со своей стороны придерживается мнения, что инаугурационная речь — жанр специфический, предполагающий уход от конкретики и одновременно выражение в яркой литературной форме «стратегических или, если хотите, философских основ будущей политики».

О философии новой власти Время MN рассуждает и в другой своей публикации. По ее мнению, суперполномочия, предоставляемые российской Конституцией президенту Ельцину, человеку немолодому и нездоровому, были «в самый раз», поскольку он скорее правил, чем управлял. К тому же, как известно, Ельцин был приверженцем «знаменитой системы сдержек и противовесов», которая так или иначе создавала возможность развития гражданского общества: «Имели значение партии, отдельные политики, олигархические группы…» Теперь, пишет газета, ситуация совершенно иная: к власти пришел «человек молодой, энергичный, здоровый, умный. Человек, очевидно желающий блага стране, но не имеющий опыта управления государством». Новый президент стремится управлять и получает в руки всю полноту власти в стране. Разницу, по мнению газеты, нам предстоит вскоре оценить.

«Парламент, партии, политики, региональные вожди, олигархи отныне не имеют никакого значения, — пишет Время MN. — Они ложатся в основание создающейся сейчас огромной властной пирамиды, на вершине которой — один-единственный человек». И эта колоссальная конструкция неизбежно будет подавлять гражданское общество — независимо от воли нового президента.

А так как объять необъятное невозможно, при новом президенте неизбежно возникновение некоего аналога ЦК КПСС — узкого круга людей, на которых и падет «бремя принятия решений». Это, разумеется, будет не Семья или олигархи, а советники — по экономике, финансам, обороне и т.д.

«Кого там, скорее всего, не будет, — печально замечает газета, — так это советника-философа. Человека, способного подняться над сиюминутными экономическими и прочими проблемами, помочь президенту выдержать все то, что сегодня ложится к его ногам». И в первую очередь помочь осознать необходимость реформирования государственной власти — в частности, внесения в Конституцию изменений, ограничивающих президентские полномочия.

Впрочем, напоминает газета, в истории были примеры сотрудничества монархов с философами: в качестве примера можно привести хотя бы Екатерину Великую и Вольтера. «Правда, итогом ее переписки с просветителем стало опять-таки укрепление и усиление государственной машины».

Газета Сегодня разделяет мнение, что стиль отношений Владимира Путина с так называемыми «группами влияния» будет коренным образом отличаться от стиля его предшественника Бориса Ельцина. Сохранение Семьи в качестве «всемогущего посредника между главой государства и группами влияния» газета считает немыслимым и ненужным: «Путину не нужны посредники в общении с представителями большого бизнеса или даже собственными министрами — он может пригласить интересующего его собеседника на встречу или просто сделать телефонный звонок».

Что же касается основных принципов, на которых будут строиться отношения нового президента с группами влияния, то главный из них, по мнению газеты, — отказ от признания за этими группами права на политическую самостоятельность. И как следствие — поощрение тех групп влияния, которые согласны на предложенные условия, «но без создания новой Семьи», и ограничение влияния групп, претендующих на политическую автономию, «но, скорее всего, без окончательного уничтожения какой-либо группы». Прогнозируется также «лисья повадка» в отношениях с группами, то есть отказ от «резких движений и знаменитых ельцинских рокировок».

Таким образом, считает Сегодня, если чиновник, принадлежащий к одной из групп влияния, лоялен главе государства, «у него большие шансы остаться во властных структурах» (приводится пример с главой МПС Николаем Аксененко).

Еженедельник Иностранец считает знаковым событием назначение экономическим советником президента известного своими либеральными взглядами и независимым характером Андрея Илларионова. По мнению еженедельника, «Путин привлекает к работе «волков-одиночек», не принадлежащих к конкурирующим направлениям или финансово-экономическим группировкам».

Иностранец предполагает, что в дальнейшем определять направление развития страны будут специалисты нового поколения, не слишком известные широкой общественности. «Назначение новых лиц станет определяющей линией в кадровой стратегии Путина. Такой путь позволит поменять не только кадровый состав властных структур, но и концептуальные положения стратегии развития страны».

А чтобы эти «новые лица» не повторяли ошибок своих предшественников прошлых лет — «младореформаторов» — «восстанавливается, а вернее, переходит на легальное положение» институт советников президента. (В «политическом закулисье» этот институт, поясняет Иностранец, действовал все последние годы).

Новое «Политбюро» задумано как противовес правительству, и следовательно, можно сказать, что пресловутая система сдержек и противовесов продолжает работать, хотя и в новом качестве.

Путин, выполняя некие обязательства перед «структурами, выдвинувшими его на смену Ельцину», вынужден действовать осмотрительно и прежде всего — соблюдать определенную кадровую преемственность. Он не может радикальным образом менять состав правительства и своей администрации. «Поэтому изменение курса будет осуществляться прежде всего через институт советников, где Путин не связан никакими кадровыми обязательствами».

Комсомольская правда предупреждает: «Дальнейшее промедление с выбором стратегии становится опасным для президента». Между тем общественную стабильностью в стране невозможно обеспечить без системообразующих партий, предлагающих «конкурирующие экономические стратегии». Президентские выборы, пишет газета, показали, что в стране три действиетлньо влиятельные партии — КПРФ, «Яблоко» и партия власти, не обладающая впрочем, ни общей идеологией, ни программой, ни партийной организацией. С точки зрения Комсомольской правды, вряд ли «медведям» удастся стать системообразующей партией: «И «Единство, и КПРФ Кремль видит лишь в качестве статистов-марионеток, которые никогда не будут обладать реальной политической властью и играть самостоятельную роль».

«Сергею Шойгу и его товарищам очень хочется закрепить успех, достигнутый «Единством» на парламентских выборах, и стать настоящей партией власти, участвующей в руководстве страной, а не использующейся для выполнения кремлевских директив в Государственной думе, — пишет газета Ведомости. — Намерение похвальное, но вряд ли осуществимое».

Восклицать «Есть такая партия!», по мнению газеты есть смысл в том случае, когда уже создана «мобильная и эффективная структура политического наступления, готовая не только быть партией власти, но и бороться за эту власть».

В конце концов, напоминают Ведомости, большевики стали партией власти отнюдь не потому, что так распорядилось Временное правительство — скорее наоборот.

«Единство же», с точки зрения газеты, принадлежит не российской, а скорее африканской политической традиции, «когда после удачного приобретения лежавшей на земле власти новый президент создает новую общенародную политическую организацию, идеология которой состоит в поддержке молодой власти».

Причем в менее демократичных странах эта партия как правило одна-единственная. В более продвинутых странах допускается существование оппозиции — «лучше и левой и правой, чтобы наша самая лучшая партия находилась как бы в центре, а ее руководителям не приходилось морщиться при ответе на вопрос: а вы-то сами, собственно, чего хотите?»

Руководителям «Единства», пишут Ведомости, не дают покоя лавры КПСС. А потому новую партию власти строят по образу и подобию старой, присоединяя к ней «медвежий комсомол», и мечтая, как призналась глава «пусомола» (так именует молодежное «Единство газета Сегодня), Александра Буратаева в интервью Независимой газете, о создании «пионерской организации имени Винни-Пуха» (идея подсказана «пусомольцам» известным телеведущим Виктором Шендеровичем).

Однако, заключают Ведомости, и КПСС, с которой «медведи» делают жизнь, ведь тоже никто не назначал партией власти. А потому, скорее всего, придется Шойгу и его соратникам «смириться с мыслью, что штамповка решений президента в Думе — важное партийное дело».

Как сообщила газета Время новостей, 28 апреля новая Госдума отработала первые сто дней. Проанализировав итоги 210-ти голосований Думы 3-его созыва, газета пришла к выводу, новый парламент, подобно своим предшественникам, имеет четырехблочную структуру, в которую входят: проправительственная фракция «Единство», оппозиционные ей и друг другу блоки левой (КПРФ и АПР) и правой (СПС и «Яблоко») оппозиции плюс центристский блок («Народный депутат» и «Регионы России»).

Подобную структуру, надо сказать, имели обе предыдущие Думы. «Несмотря на усилия и успехи политтехнологов и PR-умельцев Его Величество Избиратель раз за разом производит то, что соответствует закономерностям общественного развития, а не соображениям политиков о целесообразности».

А потому газета считает очевидным, что «трехпартийная» политическая система может появиться только тогда, когда в России не будет двух оппозиций («центр» не исчезнет, пока в парламенте есть мажоритарная квота). А это возможно в случае, если партия власти возглавит либо правую, либо левую оппозицию.

Известный политолог Ольга Крыштановская поделилась с газетой Коммерсантъ своими наблюдениями: «Судя по высказываниям Путина и его окружения, все идет к двухпартийной системе». По мнению Крыштановской, если власть возьмется за создание системообразующих партий всерьез, их и останется к следующим выборам две: «На левом фланге — КПРФ, на правом — «Единство». Остальные либо измельчают и исчезнут, либо примкнут к сильнейшим. Вероятнее всего, к «Единству». Именно в этом направлении движется СПС. «А вот «Яблоко» вряд ли примкнет, скорее оно будет мельчать и исчезнет».

Газета Сегодня, напротив, утверждает, что «яблочники» все чаще осознают себя как «единственные в России носители европейских либеральных ценностей», а потому, обсуждая возможность создания коалиции с Союзом правых сил, втайне надеются на массовый переход «правозащитного крыла» СПС под свои знамена.

Сегодня считает этот вариант развития событий вполне вероятным, особенно если учесть наличие у правых столь амбициозного теневого лидера как Чубайс, уже принявшего, по информации газеты, для себя решение «стать следующим президентом всех россиян».

Глава РАО «ЕЭС России», утверждает в газете Сегодня гендиректор Центра политических технологий Игорь Бунин, рассматривает СПС как «плацдарм, с которого можно будет перейти в наступление в 2004 или 2008 году».

При этом Чубайс ведет себя скорее как опытный участник аппаратных игр, чем как политик. «А по законам этих игр лучше попытаться прорваться на периферию «партии власти», попытаться предоставить ей экспертный ресурс (а это один из важный ресурсов Чубайса), чем договориться с оппозиционным движением».

Если идея соглашения с «яблочниками» провалится, предсказывает Бунин, в СПС неизбежно усилятся центробежные тенденции.

Впрочем, трудно сказать, пойдут ли они на пользу «Яблоку».

Во всяком случае, Независимая газета считает непродуктивной попытку правых заключить альянс с Григорием Явлинским «Яблока», «который, растеряв все свое политическое влияние, еще пытается изобразить главного оппозиционера в стране».

Конечно, замечает НГ, Явлинский не может не понимать, что если он не пойдет на компромисс с правыми, «Яблоко» полностью маргинализируется. Однако стоит ли правым «пытаться спасать Григория Алексеевича, не лучше ли самим позаботиться о собственной политической перспективе?»

«Доминанта политики правых — движение к власти», — утверждает лидер фракции «Единство» Борис Грызлов в Независимой газете в программной статье «Единство» и борьба противоположностей».

Грызлов уверен, что «Яблоко», «с присущим ему сильным правозащитным привкусом», способно лишь на тактические альянсы с СПС, в котором «стремление к рычагам управления все же доминирует над фразеологией».

Что же касается его собственной фракции, Грызлов довольно раздраженно замечает, что ему «надоело слышать обвинения в отсутствии у «Единства» какой-либо идеологии». В конце концов, подчеркивает лидер «медвежьей» фракции, «современные партии не разжигают войн за свои убеждения».

Да, «Единство» поддерживает власть. При этом не стоит забывать, что второе место на парламентских выборах показало: что эта позиция понятна избирателям. «В новейшей истории России не было прецедента, чтобы движение, не скрывающее своих симпатий к правительству, добилось столь хорошего результата», — пишет Грызлов.

Сегодня, считает лидер фракции «Единство», — не время спорить с властью, время ставить и решать «реальные задачи для общества». Причем преобразования надо вести постепенно и осмотрительно: «Радикальные, следовательно, скорые новшества не отличаются надежностью. Революционеры только мешают реформам».

Одним словом, как отметил журнал Новое время, народ по-прежнему предан власти без лести. Хотя все еще силится понять, кем окажется Путин в качестве президента: «Рузвельтом он станет или, чур меня, Гитлером?»

Как и в случае с Ельциным в 1991 году, «общество нервно хихикает в стыдноватом ожидании чуда: авось будет лучше…»

Слово «чудо», напоминает журнал, возникло в обществе не случайно: в ночь после выборов Путин попросил собравшихся в Александр-хаусе журналистов «передать народу, чтобы чуда не ждали».

Однако избранный президент, разумеется, не мог быть услышан: он и сам уже, по выражению Нового времени «вляпался в чудо»: «Был никем — стал всем, утер нос сановным и именитым. Вроде Емели-на-печи, который становится героем по щучьему велению, то есть — по нашему, народному, хотенью».

А что войной в Чечне его попрекают и нарушениями прав человека — это в России мало кого волнует, поскольку «у нации напрочь отсутствует представление о правах человека». (Более того, замечает Новое время, «было бы странно, если бы оно присутствовало в стране, где каких-нибудь полтораста лет назад, то есть исторический миг назад, перестали продавать людей»).

Таким образом, офицер КГБ Путин, как прежде партаппаратчик Ельцин, стал «надеждой посткоммунистической России».

Общество пытается понять, в чем привлекательность нового мифа, героем которого стал человек «добропорядочный, патриотичный и вменяемый», но одновременно — «циничный прагматик и лицемер». «Цинизм и лицемерие — это пока все, что мы более или менее достоверно знаем о новом президенте России». Впрочем, оговаривается Новое время, «цинизм и «лицемерие» в данном случае — «термины вовсе не оценочные, но сугубо технические, не выражающие отношение к объекту, но лишь констатирующие факт».

К тому же обществу импонирует решительность героя нового мифа: «Она хороша ведь не только на войне». В общем, народ ждет чуда, а у Путина, собственно, «и выбора нет, потому что мы его уже выбрали».

Литературная газета считает, что наконец настало время задать избранному президенту «несколько неприятных вопросов».

Газета приводит мнение влиятельного американского журнала «Форин Афферс», «чьи концепции часто становились основой действий США и всего свободного мира». В апрельском номере журнала появилась статья под названием «Проблема Путина — в плутократии», в которой говорится, что в России, как и во времена Ельцина, фактически правят олигархи, «используя массовое мошенничество и результаты криминального захвата собственности, особенно в нефтедобыче».

Весьма странно, удивляется журнал, что новый президент России, Гсдума, ФСБ, МВД и прочие компетентные органы этого как бы не замечают.

«И еще более странно то, что президент России обещает премьер-министру Англии не допустить никакого передела собственности!», — со своей стороны добавляет ЛГ.

Далее «Форин Афферс» вслед за Джорджем Соросом «вспоминает совершенно неприличное, как бы запретное у нас слово — «национализация»: поскольку в России произошла «бесплатная передача узкому кругу дельцов-спекулянтов львиной доли государственной собственности», необходима «срочная ре-национализация и только потом ре-приватизация «по-честному».

Наконец-то и Запад понял, пишет Литературная газета, что «олигархи — это еще серьезней, чем Чечня». Именно они мешают исполнению антимонопольных законов, они — препятствие на пути крупных иностранных инвестиций, это из-за них Россия до сих пор не стала «демократической страной с подлинно рыночной экономикой».

В связи с этим ЛГ спрашивает: «Так где же Ваш план и Ваши обещания, уважаемый Владимир Владимирович? Пора действовать — по гамбургскому счету! Да, Вы обещали Блэру, что передела собственности не будет, — но избрал-то вас не Блэр, а совсем другой народ, который требует от Вас исполнения его воли — как Вы исполнили ее в Чечне». Тем более что, как теперь выясняется, и Запад готов поддержать намерение установить в России «диктатуру Закона».

Литературка цитирует слова, якобы сказанные Путиным одному из олигархов: «То, что вы наворовали, можете оставить себе, а теперь нужно сотрудничать с государством». Это недопустимо, считает газета: «Разве не понятно, что вернуть России украденное — это и есть Ваше дело, и Ваше право, и Ваша обязанность!».

В пример приводятся Рузвельт («обманул монополистов-олигархов и спас Америку»), де Голль («национализировал несколько крупнейших фирм и банков Франции — и этим спас свою Родину») и даже генерал Лебедь («отнял у Быкова украденное, отдал его под суд, а миллиарды пытается вернуть в Россию»).

Может быть, спрашивает Литературная газета, президенту просто не хватает смелости? «Так попросите поддержки! У Лебедя. У народа…» Вернуть украденное необходимо — и никаких разговоров о государственных тайнах: «главная тайна в том, почему олигархи, мафия, коррупционеры и бандиты, поделившие Россию, — еще на свободе», заключает ЛГ.

Еженедельник Век считает, что по-прежнему высокий рейтинг Путина сохраняется после выборов прежде всего потому, что избранный президент воспринимается народом как «засланный казачок» в стан опостылевших властителей, вкушающих плоды российского олигархического капитализма». Ни у кого, что называется, и мысли не возникает, что Путин способен искренне симпатизировать «наиболее одиозным фигурам из его нынешнего окружения «поневоле».

В том, что открытая борьба с «крепостью олигархов» обречена на неудачу любого способна убедить судьба Евгения Примакова, потерпевшего в этой борьбе полный крах.

Следовательно, если штурм крепости невозможен, нужна хитрость — и тут Век вспоминает знаменитую осаду Трои и Троянского коня.

«То, что Путин скорее всего «грек в Троянском коне», мало у кого вызывает сомнение». Однако для того, чтобы одержать победу, необходимо, помимо прочего, верно выбрать момент для атаки.

«Умный политик, пришедший к власти, обязан «подготовить базу» к своим дальнейшим действиям — расставить своих людей на важнейших постах, заручиться поддержкой или хотя бы нейтралитетом иностранных держав, региональных лидеров и прочее», — пишет Век. — Только маневр выжидания и маленьких шагов позволит победить и продолжить наступление».

Вместе с тем Век вполне допускает, что усиливающаяся, местами на грани истерии критика Путина за бездействие (или за неверный приоритет действий) последнего времени может быть вызвана вовсе не нетерпением пишущих, а «обычным заказом со стороны хозяев обличителей».

То есть имеет место своего рода послевыборная проверка на наличие синдрома «новой метлы»: вдруг Путин поддастся на провокацию и выдаст свои истинные намерения? «Если дрогнет — лучше приструнить свежеиспеченного президента сейчас, потом будет поздно».

Таким образом, если верить Веку, перед нами разыгрывается нечто вроде римейка горячо любимых народом «Семнадцати мгновений весны»: наш разведчик в логове врага. Правда, Штрилиц на сей раз выглядит (по авторитетному свидетельству Патрика Кокберна, корреспондента «Интепендент» в Москве) скорее «как русский злодей из многочисленных фильмов про Джеймса Бонда: холодные глаза, военная выправка, гебистское прошлое». Зато в Мюллерах у него, судя по всему, — сам Борис Березовский.

Вниманию заинтересованных лиц: следующий сеанс гадания состоится 16 мая. До встречи!

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ