От Москвы до британских морей

0:00
0
293


На днях Владимир Путин съездил в Лондон. Съездить, наверное, уже давно хотелось, да все как-то случай не представлялся. А теперь вот представился – России надо с НАТО сотрудничать, а самому президенту уже в девятый раз повидать старого друга Блэра. Тем более, что визит был заявлен как “безгалстучный”. Даже видеосъемку на вилле Блэра запретили – частная собственность. Частная вечеринка, хочется добавить.

Как заявил в интервью “Ночному времени” (ОРТ) заместитель председателя Государственной Думы Владимир Лукин, “с Америкой мы должны дружить по многим причинам, но в том числе и потому, что без хороших отношений с Америкой невозможна реализация нашей стратегической, главной задачи вхождения в Европу и становление значительной, влиятельной части европейского общего ландшафта. Если мы будем враждовать с Америкой, мы не войдем, нам в Европе не будут доверять. Если мы будем дружить с Америкой больше, чем с Европой, нам тоже не будут доверять. Отсюда должна быть очень гибкая позиция”.

По гибким позициям Путин, можно сказать, специалист. Впрочем, на этот раз, главным аргументом президента РФ стал в общем-то довольно уже избитый тезис. Как заявил Владимир Владимирович в интервью Financial Times незадолго до поездки, “операцией в Афганистане борьба с терроризмом не закончится и закончиться не может”. Президент отметил что, “Россия рассчитывает на то, что США будут консультироваться с российским руководством в дальнейшем, если у них возникнет идея проведения военных операций за пределами Афганистана, в других странах” (РТР).

Программа “Вести” (РТР) особо подчеркнула, что Лондон со своей стороны претендует на роль своего рода главного конфидента в отношениях Москвы и НАТО. В свое время Блэр первым из западных лидеров встретился с И.О. президента Владимиром Путиным. Первый официальный зарубежный визит в качестве избранного президента Путин совершил именно в Великобританию.

Вообще же, по мнению Владимира Лукина, “Англия заинтересована в том, чтобы Россия играла более активную роль в Европе сейчас на фоне явного германского доминирования. Европа малая, Европа, которая кончается на границах Украины, – сейчас, в нынешних условиях это Европа с сильным германским акцентом. Европа более широкая, Европа с активным участием России – это Европа более равномерная, а более равномерная Европа дает Англии больше возможностей для собственной руководящий роли. Поэтому наша позиция, наша тактика и дружба с Германией, но и вместе с тем очень активных, тесных отношений с Англией – это правильная тактика в нынешних условиях” (ОРТ).

Впрочем, несмотря на такую дружбу и любовь со стороны туманного Альбиона, завоевывать сердца других членов НАТО тоже надо. И тут талибы-чеченцы оказались как нельзя кстати.

Если тема вступления России во всевозможные мировые экономические и военные союзы на различных российско-британских переговорах звучала не столь открыто (гибкость все-таки), то терроризм поминался сплошь и рядом. Министр обороны Сергей Иванов, встречаясь со своим английским коллегой, отметил, что “бессмысленно рассматривать проблему терроризма, руководствуясь локальными интересами: между боевиками Аль-Каиды и моджахедами, воюющими в Чечне, существует несомненная связь, и в этом смысле британские коллеги понимают озабоченность России событиями в Панкисском ущелье” (РТР). А ОРТ, освещая переговоры того же Иванова с министром иностранных дел Великобритании Джеком Стро, опять же подчеркнуло, что главными на переговорах были вопросы взаимодействия в борьбе с международным терроризмом и участие в гуманитарной операции в Афганистане. В частности, обсуждался вопрос о деятельности на территории Великобритании организаций, поддерживающих международных террористов. Так что очевидно, что главный аргумент России – терроризм – остается главным. Все-таки с НАТО сближаемся, с военным союзом.

Великобритания, как сообщили “Вести”, уже предложила создать совет Россия-НАТО, где Москва сможет на равных вместе с членами альянса обсуждать главные международные проблемы. Тони Блэр, выступая перед журналистами, всячески подчеркивал, что “выступает за новые отношения между Россией и НАТО” (РТР). И, как известно, Блэр – один из авторов того предложения, которое предусматривает новый формат отношений России и Североатлантического альянса. Владимир Путин уточнил, что сама идея “двадцатки” была сформулирована британским премьер-министром, когда он был с визитом в России, “и именно у меня дома”, – подчеркнул президент. “Поэтому я думаю, что у себя дома он еще что-нибудь хорошее придумает. Совсем недавно он выступил с инициативой по поводу дальнейшего сближения России с ЕС” (РТР).

Пока большинство российских политиков замерло в ожидании хороших придумок английского премьера, оценку европейской дипломатии Путина сделал опять же таки Владимир Лукин. Ему явно импонирует безгалстучно-домашняя тактика Путина: “Это хороший дипломатический прием, потому что, что такое “без галстуков”? Это когда шею не давит и можно говорить значительно более свободно и непринужденно. Но этот неформальный способ дипломатии хорош для первых стадий переговоров. Потом они должны быть кодифицированы, отлиты в бронзу законов, отлиты в бронзу договоров, международных. И вот в этом смысле, когда дело доходит уже до таких сложных вопросов, как стратегические вооружения, надо постепенно натягивать галстуки и писать текст” (ОРТ).

Так что, господа политологи, будьте внимательны к гардеробу президента! Вернее всего о геополитическом положении России можно судить именно по галстуку, в котором президент будет отправляться на очередной тур переговоров.

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ