Зачем президент Путин побывал в Чечне?

0:00
0
317

14 марта накануне празднования Пасхи президент Владимир Путин побывал в Чечне. Несмотря на скоротечность и неожиданность своего визита, ему пришлось решать там несколько важных вопросов экономического и оборонного плана. Между тем создается впечатление, что во время визита в ЧР военные вопросы все же доминировали. Об этом говорит хотя бы тот факт, что в поездку на Северный Кавказ президент взял с собой только министра обороны Сергея Иванова, министра внутренних дел Бориса Грызлова и отвечающего за информационное противодействие министра печати Михаила Лесина. Все обсуждаемые экономические проблемы Владимир Путин связывал с решением проблем безопасности ЧР и деятельностью войск.

Как заявил ночью 15 апреля, возвратившись из поездки, сам Владимир Путин, главными причинами состоявшейся в субботу рабочей командировки в Чечню была необходимость встретиться с руководством республики и отдать дань памяти погибшим год назад псковским десантникам. Хотя такой ответ можно считать неполным, поскольку ранее в Ханкале, встречаясь с журналистами, глава государства заявлял, что прилетел в Чечню решать вопросы финансового обеспечения федеральной группировки войск в республике. Он говорил, что намерен на месте подытожить денежные и материальные потребности, необходимые для восстановления ЧР и обеспечения там безопасности, и, исходя из этого, принять соответствующие решения.

Судя по высказываниям президента, он озабочен характером взаимоотношений руководства силовых структур, представленных в республике, и собственно хозяйственными руководителями Чечни. Не случайно он их собрал вместе. При этом обращает на себя внимание то обстоятельство, что эта встреча состоялась в штабе Группировки федеральных сил, а не в Гудермесе, где размещается администрация Ахмада Кадырова. Хотя вряд ли из этого можно сделать явный вывод, что Путин военным доверяет больше, чем гражданскому руководству в ЧР. Видимо, Ханкала выбрана из соображений безопасности, потому что территория штаба ОГВ в ЧР лучше огорожена и надежнее охраняется, чем резиденции гражданских чиновников в Гудермесе.

Комментируя итоги состоявшегося в Ханкале совещания, Путин подчеркнул тот факт, что он провел его и с хозяйственными и с военными руководителями. “Говорили заинтересованно, иногда – эмоционально, но со знанием дела”, – отметил он, указав, что одной из основных задач в этом регионе он видит налаживание продуктивного взаимодействия между руководителями силовых ведомств и местным уровнем управления. “Мы не решим задач восстановления Чечни в полном объеме без опоры на местное население”, – подчеркнул российский лидер, добавив, что “мы подошли к такому моменту, когда уже пора наводить порядок и восстанавливать хозяйство, опираясь на местное население”.

Подобная политика провозглашалась и ранее. Именно для этого и был назначен главой Чечни Ахмад Кадыров вместо занимавшего ранее этот пост генерала Николая Кошмана. Почти в каждом селении ЧР разместили гарнизоны, куда вместе с представителями армии, федерального МВД вошла и местная милиция. Но пока гарнизоны не достаточно дееспособны, а значит безопасность хозяйственной деятельности находится под угрозой. Этот фактор усиливается и тем, что снизилась эффективность федеральных войск. Они по-прежнему востребованы в Чечне. Президент подтвердил в Ханкале, что Россия будет иметь в Чечне столько вооруженных сил, сколько будет нужно – в зависимости от складывающейся обстановки.

Между тем обстановка складывается так, что военнослужащие-контрактники, недовольные выплатами за свой ратный труд, досрочно расторгают контракты и увольняются из войск, дислоцированных в ЧР. Специалисты отмечают, что за последние полгода, после перехода от военной к специальной фазе проведения контртеррористической операции резко ослабла мотивация для выполнения задач в ЧР у офицеров и прапорщиков. Среди них встречаются даже такие, которые уже, как это было порой в первую чеченскую кампанию, отказываются от командировок в эту “горячую точку”. Это особенно характерно для тех, кто должен проходить там службу в составе соединений МО РФ и ВВ МВД, действующих на постоянной основе.

Набирая людей в Чечню, в военкоматах и штабах обещают, что им будут выплачиваться ежедневно суммы так называемых “боевых” от 850 до 950 рублей в сутки, а происходит совсем другое. Сейчас, как сообщил 16 апреля начальник Главного оргмобуправления Генерального штаба генерал-полковник Владислав Путилин, “боевые” получает очень ограниченный круг лиц, участвующий в спецоперациях. Кому и сколько платить решает сейчас не глава Минобороны РФ (так было раньше), а директор ФСБ Николай Патрушев, который отвечает в настоящий момент за проведение контртеррористической операции в ЧР.

Но даже положенные деньги до военнослужащих не доходят. Владимир Путин в Ханкале акцентировал внимание прессы на том, что возмущен задержками с выплатой денег солдатам и офицерам, выполняющим свой долг на Северном Кавказе. “Мало того, что люди рискуют жизнью, наводя конституционный порядок, да еще и денег не получают вовремя”, – отметил глава государства.

После поездки в Чечню Владимир Путин 16 апреля провел в Кремле совещание с представителями правительства и потребовал серьезно разобраться с проблемами финансирования этого региона. “Министр финансов утверждает, что со стороны этого ведомства никаких проблем нет, – заявил Президент, – все, что было запланировано, выделяется в срок”. Президент предположил, что проблема – в ФСБ и Министерстве обороны.

И это, видимо, соответствует действительности. Именно после смены командования в ОГВ ЧР начались сбои в финансировании войск, за которое стали отвечать контрразведчики. Министр финансов РФ Алексей Кудрин сообщил, что задержка выплаты так называемых “боевых денег” российским военным в Чечне связана с “техническими трудностями”. В интервью телеканалу ОРТ он подтвердил, что средства на эти цели перечислены не были. “Но дело не в отсутствии денег, деньги каждый месяц закладываются в полном объеме. Не представлены приказы на выдачу этих средств”, – сказал Кудрин. В связи с этим он напомнил, что “с марта начался новый этап осуществления операции в Чечне и руководство перешло к Федеральной службе безопасности”.

Между тем президент Путин посещал Чечню не только для того, чтобы “ускорить” выплату “боевых”. Некоторые источники сообщают, что поездка была предпринята для оценки возможности финансирования войск в ЧР по старой схеме (то есть вновь значительно расширить количество лиц, которым необходимо выплачивать “боевые” – солдатам и офицерам на блок-постах в особо опасных зонах, представителям комендантских рот, участвующих в зачистках и т.п.). Это должно усилить привлекательность военной службы в Чечне.

По версии интернет-сайта Strana.Ru, эта проблема была поднята 12 апреля на встрече президента РФ Владимира Путина с министром обороны РФ Сергеем Ивановым и начальником Генерального штаба Анатолием Квашниным, когда военные руководители докладывали президенту о гибели российского миротворца в Косово. Кроме прочих проблем было обращено внимание на то, что риск, которому подвергаются войска в Чечне, гораздо выше, чем в Косово, однако, оплата ратного труда там в несколько раз ниже, чем для наших военнослужащих, действующих в составе КФОР. Военные руководители это считают несправедливым. Чтобы разобраться в ситуации на месте, президент и отправился в Чечню.

В августе 1999 года, будучи премьером, именно Владимир Путин сравнивал ситуацию с оплатой наших военнослужащих в КФОР и на Северном Кавказе. Именно с его легкой руки участники контеррористической операции впервые в постсоветской истории стали получать там “боевые”.

В военном ведомстве надеются, что президент также примет решение о увеличении компенсаций для военнослужащих, действующих в Чечне. По крайне мере, поручение проработать “этот вопрос” уже дано соответствующим ведомствам.

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ