Трагикомедия с блатным уклоном: в деле Ходорковского слишком много литературных реминисценций

0
14


Дело ЮКОСа было разыграно почти по Чехову, только вместо пресловутого ружья выстреливали перманентные обвинения, предъявляемые топ-менеджерам компании. Леонид Парфенов (НТВ, «Намедни»), понимая законы драматургии новейшей истории, отмечает, что демонстративное силовое задержание Михаила Ходорковского в аэропорту Новосибирска стало «ожидаемой сенсацией». Декорации для кульминации спектакля были, в общем, готовы еще несколько месяцев назад, а потому арест главы ЮКОСа мог случиться, когда угодно и где угодно. Парфенов подчеркивает, что Ходорковскому были предъявлены те же обвинения, что и Платону Лебедеву, арестованному 3 июля.

Нужно отметить, что и сам Ходорковский вел себя в соответствии с законами жанра трагикомедии. «Ходорковского всё не брали, а он почти напрашивался, повторяя, что судьбе эмигранта предпочтет судьбу арестанта. Наконец, была выбрана дальняя стоянка аэропорта, предрассветный час на дозаправке самолета при перелете в Иркутск — в общем, такой арест маршала Блюхера в оцепленном вагоне», — язвит Парфенов.

Подобный антураж как нельзя более подходит для реплики героя, которого комфортабельный автозак увозит за тюремные ворота: «Я не жалею о то, что делал, и не жалею о том, что сегодня случилось».

Трагикомичный эффект усиливает показ в программе «Намедни» фильма из архива семьи Ходорковских. На семейных посиделках отец олигарха Борис Моисеевич исполняет блатной шансон. Марина Филипповна одергивает мужа: «Ой, не надо, Борь, про арестантов, еще накаркаешь».

В России, впрочем, блатной шансон всегда пользовался неизменной популярностью, что связывают с неустойчивостью статуса каждого россиянина в ситуации плавающих законодательных рамок. Наверное, неслучайно фоном для ареста Ходорковского стал конкурс тюремной песни «Калина красная».

Политический беженец Борис Березовский, прибыв из Лондона на «кухонные» посиделки к Андрею Черкизову, сделал акцент на том, что ситуация беспредела властей угрожает каждому россиянину: «Нам всем грозят просто пальцем: «Ребята, смотрите, если это можно с Михаилом Ходорковским, то значит это можно с каждым из вас».

Юлия Латынина в авторской программе «Эха» «Код доступа» делает аналогичные выводы: «Понятно, что в стране, где Генпрокуратура арестовывает Ходорковского, каждый постовой будет арестовывать лавочника».

О том, что дело ЮКОСа может вызвать эффект домино, заявил и президент Института стратегических оценок Александр Коновалов: «В Москве арестовывают Ходорковского, но у каждого губернатора есть на примете свой Ходорковский, а лучше пара. То есть процесс напоминает цепную реакцию, которая абсолютно не управляется из Москвы. И здесь начинается уже по полной программе».

Татьяна Миткова высказалась более конкретно. Она не исключает, что следующим объектом атаки Генпрокуратуры станет «Сибнефть». В ведомство Устинова уже поступил очередной запрос депутата Юдина, который в свое время инициировал проверку ЮКОСа. По сведениям агентства Нефтяной информации, ответ на запрос Юдина Генпрокуратура уже направила адресату.

Аналитики склоняются к мнению, что серию судебных преследований могут остановить только серьезные катаклизмы. «Идет передел собственности при нереформированной политической системе и системе принятия государственных решений. Значит, этот процесс будет продолжаться до определенного какого-то социального взрыва», — считает директор Института проблем либерального развития Юлий Нисневич.

Если следовать логике эксперта, ситуация имеет внутреннюю логику развития. Следовательно, вердикт Путина, которого так ждали бизнесмены и политики, был вполне предсказуем. Этой точки зрения придерживается и обозреватель «Эхо Москвы» Антон Орех.

«Мы странные люди — как будто кто-то ожидал услышать от президента что-то другое! Неужели вы предполагали, что он начнет отдавать распоряжение Устинову отпустить Ходорковского и прекратить преследования «Юкоса»?! Какая может быть у президента встреча и беседа с предпринимателями и правыми партиями по этому вопросу, что они могут там обсуждать?! — сыплет риторическими вопросами Антон Орех. — Путин не привык оправдываться, не привык объяснять свои своеобразные поступки. Он вообще не любит оказываться в трудном положении и предпочитает в подобных случаях не говорить просто ничего. Никакая прокуратура в силу своей трусливости и пальцем не пошевелит, чтобы даже начать расследование в отношении людей вроде Ходорковского. Она сделает это только в том случае, если будет абсолютно уверена, что все ей сойдет с рук. Именно в этом и заключается наш принцип равноудаленности и равенства всех перед законом».

Журналист подчеркивает, что основанием для диктатуры властей является такая фундаментальная особенность российского менталитета, как ненависть к богатым и успешным людям. Именно на зависть черни делает ставку власть, разворачивая кампанию по преследованию олигархов. «Таково наше гражданское общество, к которому то ли по наивности, то ли от безысходности взывают либералы и правозащитники. Нет у нас никакого гражданского общества, поэтому и власть у нас такая. Эта власть не взялась непонятно откуда, ее выбрали люди, и им она нравится», — резюмирует Антон Орех.

Юлия Латынина считает, что арест Ходорковского свидетельствует не о крахе олигархов, а о том, что Путин лишился важнейших рычагов политического влияния: «Власть была устроена так, что олигархи и питерские доносили друг на друга. Не то, что не будет свободы слова, в том смысле, что ее не будет в прессе, — не будет даже свободы доносов. А свобода доносов, отсутствие информации — это уже первое всегда ограничение власти. Второе. Власть была устроена так, что олигархи и питерские компенсировали друг друга. Самолет этот летел на двух крыльях. Теперь самолет будет лететь на одном крыле. Аэродинамические характеристики такого самолета плохие. Президент утрачивает власть, потому что власть — это управление, а управлять самолетом с одним крылом нельзя, он идет к земле. Можно кого-то выкинуть из салона, можно пристрелить человека, который в салоне, но самолет рано или поздно врежется в землю. И третье, что очень важно. Капитал побежит из страны, уже бежит, в третьем квартале этого года убежало 8,2 миллиардов долларов против того, что в прошлом году за весь год убежало 7,7 миллиардов долларов. И очевидно, что это будет более бедная страна, чем сейчас. А это в хорошей, богатой стране можно быть президентом, а в бедной стране гораздо лучше быть диктатором. А все диктаторы — это заложники собственного аппарата».

Евгений Киселев, приглашенный в программу «Код доступа» в качестве одного из экспертов, сравнил предвыборную ситуацию в России с событиями 1996 года, когда Ельцину нужно было выбирать между группировкой Чубайса и группировкой Коржакова. «В отличие от 96-го года у меня прогноз пессимистический, — признался Киселев. — Я не очень верю в то, что выбор будет сделан в пользу Анатолия Борисовича, который, правда, с большим, на мой взгляд, опозданием, сегодня занял достаточно внятную и жесткую позицию, сказав, что, если президент не услышит призывов окоротить Генеральную прокуратуру, окоротить силовиков, то это очень плохой сигнал и для бизнеса, и для страны, и для общества в целом».

Позиция 3-го канала была представлена комментариями геополитика Александра Дугина в программе «Русский взгляд». В отличие от пессимиста Киселева Дугин расценивает арест Ходорковского как знаменательное событие в борьбе госвласти с теневыми олигархами, которые привыкли к всевластию. Александр Дугин считает, что наконец-таки удалось дать отпор тем, кто инициировал атаку на так называемых «провославных силовиков» (в скобках, само собой, подразумевается «православный банкир» Сергей Пугачев).

«Я, честно говоря, не очень хорошо знаю кремлевские интриги, — с обезоруживающей искренностью признается Дугин. — Самое главное, что по случаю Ходорковского сама власть продемонстрировала трещину, поскольку Глеб Павловский явно выступает не только от своего имени. Известно, что он озвучивает позиции Волошина, Суркова, то есть «семейной линии» в администрации. И это очень опасно, поскольку нельзя предавать в предвыборной ситуации, да и вообще в решении государственных вопросов и в серьезной теме урегулирования отношений государства и бизнеса… Столкнулись башни, как говорят, Кремля, столкнулись кланы. И одна из них, чьи интересы озвучивает Глеб Павловский, бросила вызов национально ориентированной части». «Ну и получила… симметричный ответ», — делает авторский вывод ведущий программы «Русский взгляд» Иван Демидов.

Конфликт между хранителями национальных интересов и разрушителями государственных устоев был разыгран в «Театре кукол» Михаила Леоньева. «Так это ты подговаривал народ захватить и разрушить Государственную Думу?» — обращается к Ходорковскому генпрокурор Устинов, облаченный в белый плащ с кровавым подбоем. Глава ЮКОСа в ходе псевдобулгаковского диалога говорит «доброму человеку Устинову» следующее: «Мне пришли в голову кое-какие мысли, которые могли бы, полагаю, показаться тебе интересными. Ты производишь впечатление очень умного человека. Беда в том, что ты слишком замкнут. Твоя жизнь скудна, иегемон».

«Довольно пошлый пасквиль, — характеризует свое творение кукловод Леонтьев. — Именно этот жанр, как нельзя лучше соответствует тому, как развиваются события вокруг ЮКОСа. Других художественных средств для отражения этих событий у нас нет».

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ