Ноябрьский "красный день календаря": праздник, который всегда с тобой

0
12

В этом году 7 ноября в России в последний раз отмечался «День согласия и примирения», сообщает пресса. В ближайшие дни Госдума должна принять закон, по которому главным осенним праздником станет другая дата — 4 ноября, «День народного единства».

Большинство граждан — за исключением сторонников левой оппозиции всех оттенков — о смысле нового выходного задумывалось не слишком. Традиция есть традиция, в конце осени народу полагается праздник, название которого может видоизменяться. Тем более, что, как заметила газета Новые известия, «молодого поколения Октябрьская революция — это уже туманная историческая даль, где-то между Петром Первым и Сталиным».

Концептуальные изменения успел претерпеть в общественном сознании и образ революционного вождя. «Сегодня Ленин в России вне политики: кого-то он волнует как персонаж исторический, кого-то — как художественный образ. Для подростков Ленин — что-то среднее между Че Геварой и Дедом Морозом. Для философов он уже — архетип. Коммунисты лелеют Ленина в себе, — пишут Новые известия, — А каждый уважающий себя гость столицы снова первым делом стремится в Москве на Красную площадь, чтобы попасть в Мавзолей».

Обслуживание этого российского варианта «чуда света» обходится государственному бюджету в $1,5 млн в год, информирует газета, «и этот факт гарантирует его вечную сохранность».

В этом году — опять-таки по традиции — 7 ноября перед ленинским мавзолеем прошел военный парад, в котором приняли участие 107 оставшихся в живых участников знаменитого парада 1941 года, 55 лет назад отправившихся прямо с Красной площади на приближающийся к столице фронт.

Как сообщила газета Коммерсант, этот парад также был последним — со следующего года ветераны-защитники Москвы будут присутствовать на подобных торжествах только как зрители, а маршировать будут курсанты почетных училищ.

Что же касается коммунистов, по сей день считающих 7 ноября своим главным днем, им пришлось проводить свои мероприятия в стороне от Кремля.

На Театральной площади лидер КПРФ Геннадий Зюганов обещал своим сторонникам «не отдать праздник» (по оценке милиции, в мероприятиях коммунистов приняло участие около 50 тысяч человек). Как сообщил Коммерсант, когда Зюганов, доведя головную часть колонны митингующих от Калужской площади до Большого Каменного моста, привстал на цыпочки, чтобы посмотреть, сколько народу следует за ним и его соратниками, его заместитель Иван Мельников успокоил вождя: «Не волнуйтесь, Геннадий Андреевич, мы здесь не одни».

Любопытно, что, несмотря на общее возмущение сторонников оппозиции по поводу отмены «самого главного праздника для каждого советского человека», прямо обвинить в покушении на эту святыню президента Владимира Путина или хотя бы «Единую Россию» на митинге никто не решился.

В основном, как информирует Коммерсант, «клеймили только представителей РПЦ», поскольку с инициативой об отмене Дня согласия и примирения первым выступил Межрелигиозный совет России. Церковных иерархов упрекнули в том, что «за передачу пахотных земель под монастыри они отняли у нас 7 Ноября, а если им разрешат использовать труд батраков, и 9 Мая отнимут». В ответ на это Геннадий Зюганов пообещал через год отпраздновать 7 ноября «с еще большим размахом».

В самом деле, если верить данным опроса Фонда «Общественное мнение», опубликованным газетой Известия, только 22% граждан одобрили идею перенести «главный осенний праздник» (определение газеты Ведомости) с 7-го на 4-е ноября (день изгнания польского войска из Москвы в 17-м веке и конец Смутного времени). 45%, объявил ФОМ, эту новацию не одобряют, а целых 33% пока не определились.

Более единодушными оказались предприниматели, опрошенные газетой Ведомости. Бизнесмены утверждают, что для современного поколения многочисленные российские праздники давно потеряли особый смысл: «это просто дополнительные выходные», которые вполне можно переносить, заменять, объединять в блоки для удобства отдыхающих. Что же касается 7 ноября, это «угрюмый праздник, дата раскола в обществе», и его исчезновение из праздничного календаря вполне оправдано.

Правда, как пишут Известия, нельзя игнорировать опасность, что, как часто бывает в нашей стране, «отсутствие официального праздника будет компенсировать наличием неофициального» — назло властям. Однако власти, похоже, к этому готовы.

Как подчеркнул секретарь Генсовета «Единой России» Валерий Богомолов, «на то мы и демократическая страна, чтобы толерантно относиться к идеологии части граждан». Что же касается нового осеннего праздника, он, по мнению Валерия Богомолова, вполне уместен: «Смутное время тоже было страшным: стоял вопрос о национальном единстве. И оно стало действительно народным, без всяких, как сейчас принято, ссылок на Кремль». В «Единой России» не сомневаются: «Этот праздник мы должны отмечать».

Кроме того, власть позаботилась о том, чтобы количество официальных праздников не уменьшилось. Как известно, предполагается ввести для трудящихся полноценные новогодние каникулы, что, по мнению представителей бизнеса, лишь узаконит фактически установившуюся традицию.

Один из них сообщил газете Ведомости, что, по его подсчетам, в новогодние и рождественские дни работает не более 20% российских предприятий и организаций, «а остальные функционируют лишь на бумаге». Поэтому официальное признание здесь мало что изменит. Однако с этим мнением не согласился главный экономист «Тройки Диалог» Евгений Гавриленнков, заявивший Ведомостям, что большие новогодние каникулы уместны лишь в том случае «если у нас строится автаркический режим». А для компаний, связанных с западным бизнесом, подобное решение неприемлемо, поскольку на Западе начало января — «как раз активное время». Если же российская деловая жизнь вынужденно остановится, компаниям грозят большие издержки.

«Интересно, что раж взявшихся за «красные даты» депутатов пропрезидентского блока формально идет вразрез с декларированными задачами самого Владимира Путина, — пишет газета Русский курьер. — Если помните, президент почти на уровне национальной идеи объявил о необходимости удвоения ВВП к 2010 году. А тут вместо активизации трудозатрат наоборот велят больше расслабляться».

Эксперт Московского центра Карнеги Николай Петров дал газете по этому поводу убедительное разъяснение: «Конечно, отчасти здесь присутствует популизм, но с другой стороны — это в некотором роде соответствует актуальным интересам кремлевских кураторов. На повестке дня стоят гораздо более серьезные вопросы, как, скажем, реформа системы исполнительной власти, взаимоотношений центра с регионами и муниципальными администрациями. Но ведь понятно, что по сравнению с назначением губернаторов идея увеличить новогодние праздники вызовет у народа гораздо более активный и положительный резонанс».

Таким образом, имеет место «просчитанное вытеснение остро негативных эмоций неким искусственно созданным позитивом».

Русский курьер напоминает, что подобные методы используются Кремлем не впервые: в частности, в день, когда в Думе слушался вопрос о назначении губернаторов, вслед за этим обсуждением дали слово представителям Генпрокуратуры и ФСБ, которые выступили «с рядом эпатажных заявлений». В результате главная тема для оказалась заслонена дискуссией вокруг предложений Владимира Устинова брать в заложники членов семей террористов. Понятно, что подобная инициатива вряд ли будет иметь законодательное воплощение, однако накал споров вокруг «губернаторской реформы» несколько снизился.

Нечто подобное происходит и сейчас, утверждает Русский курьер: «Чем напрягать народ излишним мыслительным процессом, в Кремле и на Охотном ряду предпочли дать ему дополнительные отгулы. Пусть электорат выпивает и не грустит».

Впрочем, как заметил в интервью газете Новые известия известный социолог Юрий Левада, похоже, что россияне «размышлять стремятся в последнюю очередь». Если им что-либо в политике властей не нравится, они «либо терпят, либо стараются этого не замечать».

Во всяком случае, вопрос об изменении порядка избрания губернаторов вряд ли мог бы стать поводом для всеобщего возмущения. По подсчетам Левада-центра, «здесь примерно столько же людей «за», сколько и «против», при том, что трети населения это безразлично либо неизвестно».

В целом же, как считает Юрий Левада, несмотря на то, что с момента исчезновения советской власти прошло уже 15 лет, граждане, получив разнообразные свободы, «привыкнуть к ним всерьез не успели, ценить не научились», и уж тем более не готовы за них бороться. «Не надо думать, — подчеркивает глава Левада-центра, — что на смену нынешнему поколению придут новые, чистые и демократичные люди. Молодежь действительно уже чуть ли не 20 лет живет в новых условиях. Она научилась зарабатывать больше, чем старшие поколения, ездит по миру, имеет возможность учиться в Европе и Америке. И молодым людям этого достаточно». Молодежь не ходит на выборы «не в знак протеста, а просто потому, что им неинтересно».

Сегодня, отмечает Левада, Россия получила обновленную элиту во всех областях жизни. Настало время быстрых карьер: «нашим руководителям наверху 50 лет, пониже — 35-40, а в бизнесе руководят 25-30-летние. Двадцать лет назад все аналогичные посты занимали люди за шестьдесят, потому что в более молодом возрасте человек просто не успевал добраться до вершины лестницы».

Однако это не означает, что эти люди — «новые » по своему социальному типу, по своей ментальности: «Да, они молоды и активны, но при этом из событий последних лет они восприняли в основном разочарование. И в том, как проводились реформы, и в тех, кто их начал. Многие считают, что лучше было бы действовать по-старому».

Хотя вернуться обратно все равно не получится — к счастью: «Возврата нет, есть лишь имитация того, что было. Потому что КПСС имела монополию и на идеологию, и на политические решения, и на насилие… Партия могла посадить или прикончить любого человека. И кадровая политика, и суды, и органы госбезопасности — все было в одних руках. А у «Единой России» есть только монополия на голосование… Но монополии на мышление и аппарата насилия у «Единой России» нет».

По мнению Юрия Левады, нет выстроенной стратегии действий и у власти — есть лишь, по определению автора, «метания»: «Когда для борьбы с терроризмом предлагают устранить выборы губернаторов, то люди лишь расписываются в своей беспомощности, в том, что ответа современным вызовам у них нет». К тому же, напоминает глава Левада-центра, за последние пять лет у губернаторов и так отобрали права, деньги, места в Совете Федерации, «над ними поставили наблюдателей от президента. И оказалось, что все это ничего не дало». Теперь же «упраздняется федеративное устройство страны, ею пытаются управлять из одного кабинета одной угрозой «сниму кого угодно».

Сейчас в политику, по мнению автора, «на всех уровнях пришли молодые, бойкие, угодливые и ужасно мелкотравчатые люди», у которых «нет ни политических целей, ни идейных ориентиров», Но главное — «они поняли, что демократия в России — вещь случайная».

«Прошлое еще не вернулось к нам в полной мере в виде реальности, но в умах сограждан реставрация происходит невиданными темпами, — пишет газета Известия в статье, посвященной недавно обнародованному аналитическому докладу Института комплексных социальных исследований Российской академии наук.

Согласно данным ИКСИ, с 1998 года в России в два раза увеличилось число тех, кто считает главной национальной задачей «возрождение великой державы». А число сторонников рыночной экономики за это время сократилось на четверть. Правда стало на 8% больше тех, что признает важность «создания равных возможностей для всех», замечают Известия, однако «это может быть все тем же вариантом ностальгии по временам Союза, когда почти все были равны».

Как утверждает директор ИКСИ Михаил Горшков, сегодня основная масса россиян — независимо от возраста и степени «продвинутости» предпочла бы видеть «доминирование государственной собственности или, по крайней мере, государственного управления с соответствующей системой государственных гарантий в большинстве отраслей экономики».

При этом, как выяснилось, похоже, что речь идет не о сегодняшнем государстве. По утверждению социологов из ИКСИ, российские граждане готовы признать сегодня легитимным «только то государство, которое на первое место ставит не интересы своего аппарата, а интересы той самой главной общности, выражаемой понятием «народ».

Что же касается нынешней системы, «несмотря на заметное снижение критики действий власти по сравнению с 1990 годами, народного большинства, которое могло бы заявить «это — мое государство и моя политика», в России на сегодня нет».

Как считает обозреватель издания Газета Андрей Рябов, критическое отношение к постоянно разрастающейся и полностью поглощенной межвидовой борьбой российской бюрократии вполне объяснимо. Даже в президентских структурах, пишет Рябов, «несмотря на ощутимые успехи в строительстве разного рода административных вертикалей, становится все более заметным, что разного рода группы интересов, прочно обосновавшиеся в этих самых вертикалях, имеют неукротимое желание реализовать прежде всего свои, корпоративные, которые нередко прямо противоречат указаниям сверху». При этом, как водится, корпоративная политика обосновывается ссылками на некие «общегосударственные цели».

К тому же нынешний баланс сил в президентской команде, сложившийся по мере вытеснения из нее влиятельных представителей ельцинской «семьи», трудно назвать стабильным. «В результате соперничающие между собой за власть и влияние группы настолько увлекаются «перетягиванием каната», что начисто забывают о целях, ради которых их позвали во власть», — замечает Рябов.

Автор не спорит с тем утверждением, что и в ельцинские времена шла бесконечная борьба между разными группировками во властных структурах. Однако разница, на взгляд Андрея Рябова, заключается в том, что в те времена почти не было амбициозных планов структурных реформ — а если они и появлялись, то об их реализации никто всерьез не думал. Сегодня же все не так: «далеко идущие планы преобразований, почти отстроены административные вертикали для их реализации».

Правда, то, что уже сделано, вызывает массу вопросов. В частности, административная реформа, затронувшая правительство, привела отнюдь не к тем результатам, которые ожидались: «Число правительственных ведомств заметно увеличилось, взаимоотношения между ними стали еще более запутанными. Но самое главное — кардинально не изменилась роль правительства в управлении экономикой и социальной сферой. А ведь именно ради этой цели в первую очередь и затевалась реформа».

Говорить о единой команде и тем более о единой политике в этих условиях не приходится. Это ясно многим, в том числе и лидерам нынешней партии власти, которые явно не возражали бы против создания еще одной — партийной — вертикали власти в противовес имеющимся административным — «чтобы высшая государственная бюрократия не чувствовала себя полной хозяйкой положения».

Действительно, пишет Андрей Рябов, «судя по публичным проявлениям недовольства, временами прорывающегося у некоторых членов думской фракции этой партии», можно с полным основанием утверждать, что роль «непритязательного парламентского довеска к аппарату президентской администрации» части «единороссов» явно наскучила. Как говорится, «хочется чего-то большего».

Правда, вряд ли можно согласиться с тем, что «Единая Россия» в ее сегодняшнем виде может оказаться полезной для создания альтернативной «партийной вертикали».

Как утверждает газета Известия, ссылаясь на данные все того же Левада-центра, «несмотря на то что подавляющее число граждан уже пятый год подряд одобряют (с незначительными колебаниями) деятельность президента и, будь выборы в Думу завтра, снова отдали бы голоса «Единой России», в обществе растет потребность в существовании серьезных оппозиционных сил». Причем нынешних противников власти граждане серьезной политической силой не считают. По результатам октябрьских социологических опросов, Григорий Явлинский, Ирина Хакамада, Борис Немцов, Владимир Рыжков не набрали и по 3% голосов в свою поддержку, Александр Жуков с трудом перевалил за 2%, Герман Греф получил ровно 1%, Анатолий Чубайс, Алексей Кудрин, Борис Березовский и Михаил Ходорковский заслужили по 0,3% народного доверия.

Известия констатируют: лидером среди оппозиционеров остается Геннадий Зюганов, но у него сегодня тоже всего 6% поддержки.

«Коммунисты, правые и «яблочники» могут до бесконечности вспоминать использованный против них на последних парламентских выборах административный ресурс и грозиться засудить Центризбирком в Страсбургском суде по правам человека, но это не отменяет вердикта, который вынесло их борьбе общество: в 2000 году только четверть граждан считала, что в стране нет серьезной оппозиции, сегодня так думает почти половина населения страны», — пишет газета.

Известия приводят мнение руководителя исследовательской группы «Меркатор» Дмитрия Орешкина: «ощущение, что реальных альтернатив Путину при сегодняшней жизни не существует» вызывает напряжение в обществе. По мнению Орешкина, число тех, кто считает что реальная оппозиционная сила необходима, будет только расти: «И это приведет к тому, что выскочит — как чертик из шкатулки — человек, который никаких особых заслуг не имеет, ничего реального не может предложить, но просто за счет того, что он говорит новыми словами, получит больше социальной поддержки, чем того стоит».

Как утверждает еженедельник Российские вести, сегодняшняя маргинальная оппозиция стремится не упустить свой шанс.

Оппозиционные политики, по наблюдениям еженедельника, особенно активизировались после того, как Владимир Путин накануне выборов на Украине в очередной раз подтвердил свой отказ баллотироваться на третий срок. «Это «нет» возбудило у многих, как на Западе, так и в России, разнообразны фантазии».

Известный политолог, директор Центра стратегических исследований Андрей Пионтковский на днях заявил в интервью радиостанции «Голос Америки», что «путинская модель» обанкротится в ближайшие в 3-4 месяца, и проблема заключается в том, что «власть просто некому передать». Возможны два варианта выхода из этого положения: «внутренний чекистский переворот или просто хаос, в которой «фашиствующий охлос выдвинет какую-нибудь свою фигуру».

Впрочем, как сообщают Российские вести, эксперт московского Ценнтра Карнеги Мария Липман допускает, что Путин останется в Кремле дольше: «Но только при чрезвычайных обстоятельствах, например, в связи с кризисом в результате крупных терактов или природной катастрофы».

Оппозиция готовится действовать: на 12 декабря — День Конституции, один из праздников, места которым в новом «красном календаре» не нашлось — намечен Всероссийский гражданский конгресс, объединенное мероприятие оппозиции, на котором предполагается обнародовать главный лозунг: «Путина в отставку!».

В преддверии этого события российские правые объединили свои усилия с КПРФ и организацией Сергея Глазьева — правда, разделив сотрудничество на две стадии.

Стадия первое — единая позиция при голосовании в Госдуме и проведении разных акций, в том числе и той, что намечена на 12 декабря. Вторая стадия будет означать переход к «более радикальным действиям» — что бы это ни значило.

Впрочем, власть, по единодушному мнению большинства СМИ, в долгу не останется. Как пишет журнал Эксперт, «необходимость прилагать мощные усилия для восстановления российской государственности и, может, даже для сохранения России как государства», заставит нынешнюю власть «на практике отказаться от многих либеральных принципов и стандартов, которым следуют в Европе». Пересмотр основ современного либерализма в его европейской версии, по мнению журнала, в России неизбежен. «Кризис государственности, развал армии, все еще низкий уровень жизни широких слоев населения», отсутствие «духовных скреп», объединяющих общество плюс явная потребность в создании новой государственной идеологии, может, как считает журнал, создать «необходимую питательную среду» для возникновения новой национальной идеи. Которой должна стать, по мысли автора, «идея тотального реванша»: «именно она способна стать общим идеологическим знаменателем для разнородного российского общества».

Как считает Эксперт, нынешняя власть, пусть пока и безотчетно, действует в соответствии именно с этой идеей: «Когда В.В.Путин заявил в самом начале своего президентства, что новой идеологией является идеология патриотизма, он в действительности имел в виду именно идеологию реванша».

Более того, как уточняет журнал, патриотизм — необходимый компонент идеологии реванша, «потому что патриотизм можно определить как неосознанное стремление к превосходству той крупной корпорации (государства, народа), к которой принадлежит человек, над другими подобными корпорациями».

И хотя российский президент, подчеркивает Эксперт, «пока не идет в своем реваншизме дальше задач достижения того же уровня жизни, что в современной Европе, сам импульс к мобилизации, к активному действию повышает вероятность иного исхода».

К тому же, замечает Эксперт, построение мощного государства, способного создать необходимые структуры «для воспитания своих граждан и поддержания среди них дисциплины», как предполагается, вполне совместимо с «либеральной идеей свободы индивида от государства».

Далее Эксперт эффектно цитирует известный лозунг Бенито Муссолини «все для государства, ничего против государства и свобода человека в государстве», уточнив, что этот постулат «в России в новых исторических условиях обретает совершенно новое звучание».

Западная цивилизация в начале прошлого века, оказавшись в кризисной ситуации, попыталась ответить на нее с помощью фашизма. Сегодня, подводит итог журнал, многие из этих вызовов, хоть и в несколько иной форме, стоят перед российским обществом.

До сих пор, пишет в Новой газете президент фонда «ИНДЕМ» Георгий Сатаров, отличительной чертой российской власти была слабость: слабая демократия времен Ельцина сменилась путинской слабой диктатурой. Причем хаос в государственном управлении, экономике и социальной сфере в эти годы лишь усиливался.

«Слабость надоела всем, — пишет Сатаров. — Поэтому выбор, стоящий перед нами, банально прост — сильная диктатура или сильная демократия».

Как считает Георгий Сатаров и его единомышленники-организаторы Всероссийского гражданского конгресса, в этой ситуации «инициатива переходит к гражданскому обществу, которое пока просто «недооценивает свои возможности».

Однако вряд ли их так же недооценивает власть. Которая явно стремится возможно более убедительно растолковать гражданам, что, как пишет в журнале Профиль известная писательница Виктория Токарева, «любой праздник, даже плохонький, лучше самых прекрасных будней».

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ