Новый курс Кремля: "враг у ворот"

0
12

Нашумевшее интервью Владислава Суркова Комсомольской правде по поводу «нового курса» Кремля спровоцировало в прессе полемику с участием практически всех заметных изданий. Наблюдатели с разной степенью пристрастности прокомментировали едва ли не каждый абзац достаточно многословных сурковских высказываний. Более того, некоторые из этих высказываний, судя по всему, были восприняты как личные выпады.

Главный редактор Московских новостей Евгений Киселев в своей статье под названием «Автора на сцену!» цитирует один из таких пассажей Суркова: «Есть люди, навсегда потерянные для партнерства. Фактически в осажденной стране возникла пятая колонна левых и правых радикалов. Лимоны и некоторые яблоки растут теперь на одной ветке. У фальшивых либералов и настоящих нацистов все больше общего. Общие спонсоры зарубежного происхождения. Общая ненависть. К путинской, как они говорят, России. А на самом деле к России как таковой. Ничего удивительного. О таких писал еще Достоевский. И сегодня все эти смердяковы и лямшины приятно проводят время в разного рода комитетах по ожиданию восьмого года, где проповедуют целесообразность поражения собственной страны в войне с террором. Бог им судья. Справимся без них».

Если, согласно Суркову, страна живет по законам военного времени, размышляет Евгений Киселев, выстраивается страшноватая логика: «Значит — нет оппозиции, есть государственная измена. Нет политических оппонентов, есть предатели, изменники, враги народа, состоящие в услужении у тех самых зарубежных спонсоров, о которых говорилось выше. Это круто. Осталось только понять одно: кто настоящий автор этих мыслей?»

Сомнительно, замечает главный редактор МН, чтобы замглавы президентской администрации говорил от себя лично. Следовательно — от имени и по поручению самого президента? Или от имени «так называемой группы силовиков»?

От ответа на этот вопрос зависит, подчеркивает Евгений Киселев, «в какой стране мы проснемся, быть может, уже в ближайший понедельник».

«Ну, какой здравомыслящий человек сегодня в России поверит, — пишет обозреватель Еженедельного журнала Александр Рыклин, — что на Западе плетется коварный заговор, цель которого — уничтожение нашей страны как самостоятельного государства?» Этот «мобилизационный бред» преследует собственные цели власти, далекие от заявленного повышения безопасности страны.

Что же касается «людей, потерянных для партнерства», замечает Рыклин, имеется в виду, конечно, оппозиция. С которой ныне обещают поступать по законам военного времени: «И все равно совсем не страшно». Потому что «Волошина из Суркова не получилось, а получился мелкий клерк.

«На самом деле, — как считает Александр Рыклин, — это Сурков теперь человек, «потерянный для партнерства», — просто потому, что он больше никому не интересен».

«Незатейливый вырос юноша, что и говорить, — дополняет характеристику «главного кремлевского идеолога» в том же номере ЕЖ Виктор Шендерович. — А косил под интеллигента, человеческие разговоры разговаривал по молодости лет… Ну да лиха беда начало, то ли мы еще услышим! Они ведь только начали нервничать».

Евгений Киселев полностью согласен с тем, что «они начали нервничать». Это, по его мнению, подтверждают и суровые формулировки сурковского интервью: «Все мы должны осознать — враг у ворот. Фронт проходит через каждый город, каждую улицу, каждый дом. Нам нужны бдительность, солидарность, взаимовыручка, объединений усилий граждан и государства».

«На самом деле это — типичная пропагандистская страшилка, — отмечает главный редактор Московских новостей. — В действительности распад России — липкий ночной кошмар любого мало-мальски ответственного западного политика, военного, дипломата. Неужели вы думаете, что кого-то из них прельщает перспектива нестабильности в огромной ядерной державе?!»

«В Кремле истерика, — пишет Рыклин в ЕЖ. — Свидетельством тому беспрецедентное по жесткости и глупости одновременно заявление… Суркова, выдержанное в тоне приснопамятного прокурора 30-х годов Андрея Вышинского… Весь этот идеологический бред ничего, кроме брезгливой улыбки вызвать не может».

Тем не менее, замечает Независимая газета, впервые с 4-го сентября, когда президент Путин заявил, что России объявлена война, обществу объяснили, кто его враг. НГ в свою очередь обильно цитирует «первоисточник», делая акцент на заявлении Суркова о попытке Запада «накормить хищника чужим мясом», за счет других обеспечить собственную безопасность».

По этому поводу замглавы президентской администрации даже вспомнил в своем интервью Комсомолке «печально известный пакт Молотова-Риббентропа»: «Как известно, Гитлера это не остановило. И антигитлеровская коалиция сложилась только после того, как Гитлер достал всех и каждого по отдельности».

Между тем, замечает Сурков, «жертв и тогда могло быть меньше, но история, понятно, ничему не учит».

Сегодня этот грустный опыт повторяют, по мнению кремлевского идеолога, некоторые деятели Запада, продолжающие жить «фобиями «холодной войны, препятствующие осуществлению полной финансовой блокады террористов и их политической изоляции».

Цель этих деятелей, по Суркову — «разрушение России и заполнение ее огромного пространства многочисленными недееспособными квазигосударственными образованиями». Именно в их пользу трудится внутри страны «пятая колонна левых и правых радикалов».

«По сути, — комментирует это высказывание Независимая газета, — мы присутствуем при рождении новейшей государственной идеологии, краеугольным камнем которой становится «концепция внешнего и внутреннего врага».

Причем, как считает газета, трагедия в Беслане, стала лишь поводом для обнародования этой идеологии, но никак не причиной ее появления.

Недаром телекомментаторы на госканалах все последние годы «не уставали радоваться неудачам США и их союзников в Ираке, а до этого в Югославии и Афганистане, напоминает НГ. «А на российских военных учениях условным врагом никогда не переставали считаться вооруженные силы НАТО».

Эксперты газеты считают, что новая ориентация в российской внешней политике образовалась непосредственно после появления Владимира Путина в Кремле. «Вместе с Путиным пришли к власти военные, которых позвала бюрократия, — пояснила газете директор Института прикладной политики Ольга Крыштановская. — Военные должны были спасти страну от хаоса, революций, бардака. Их призвали навести порядок. А они пришли со своей идеологией. Со старой, максистской идеологией, которая по-прежнему очень сильна в высших учебных заведениях, где готовят военных».

Это мнение разделяет и сопредседатель Комитета-2008 Борис Немцов, заявивший газете: «Это случилось в тот день, когда Борис Николаевич решил сделать своим преемником Путина. Очевидно, что человека, воспитанного в школах КГБ СССР,

которому вдалбливали с детства, что главный враг — Америка, вряд ли легко перевоспитать».

Впрочем, НГ признает, что за годы президентства Путина, отношения Москвы и Вашингтона менялись, и периоды потепления в них не были редкостью. Однако сейчас для возникновения новой напряженности между Россией и Западом возникли серьезные основания: с точки зрения газеты, для российской власти «последняя волна терактов стала катализатором антизападной истерии как способа прикрыть собственную беспомощность».

«Провалы в борьбе с терроризмом, в решении чеченской проблемы, катастрофический рост коррупции и резкое падение рейтинга президента, — все эти неудачи они пытаются списать на внешнего врага, — поясняет Борис Немцов. — Никого более яркого и значимого, чем Америка, найти невозможно».

Впрочем, что касается президентского рейтинга, здесь, похоже, ситуация не так уж плоха. По данным Левада-центра, рейтинг Путина, резко снизившийся после Беслана, к концу сентября вновь поднялся до 72% (результаты опросов опубликованы газетой Коммерсант).

Газета анализирует рейтинги одобрения деятельности Путина с момента его назначения временно исполняющим обязанности президента. Самый высокий рейтинг (84%) был зафиксирован в декабре 2003 года — он, безусловно, в значительной степени объясняется мощной пиар-кампанией в преддверии парламентских и президентских выборов. До рекордно низкого значения в 60% президентских рейтинг упал в августе 2000 года, после гибели подлодки «Курск». Однако тогда, уже через месяц после катастрофы с «Курском» рейтинг начал вновь расти, а затем стабилизировался в соответствии со всеми научными прогнозами, на уровне несколько ниже предвыборного.

Как отразились на репутации власти события в Беслане, социологи пока точно сказать не могут. Кроме рейтинга одобрения действий власти, поясняет Коммерсант, есть еще рейтинг неодобрения. И этот последний к середине сентября достиг, пишет газета, самой высокой отметки за время правления Путина — 31%. Предыдущий рекорд рейтинга неодобрения — 30% — был поставлен в том же августе 2000 года, после гибели «Курска», а затем, как сообщает газета, повторен в августе 2004-го.

Таким образом получается, с удивлением констатирует Коммерсант, что «после череды терактов конца августа-начала сентября лишь 1% россиян стал думать о Владимире Путине хуже, чем до того».

Но совсем трудно объяснить, пишет газета, что случилось с «мнением народным» в промежутке между 10-13 сентября и 24-27 сентября — то есть между проведением Левада-центром двух опросов общественного мнения. Рейтинг одобрения поднялся за это время с довольно низкой для президента отметки в 66% до традиционных 72%, а рейтинг неодобрения снизился с рекордно высокой отметки 31% до вполне терпимых 26%.

«Что заставило россиян после длившегося полгода медленного разочарования во Владимире Путине опять возлюбить его в столь короткий срок? — удивляется газета. — Никаких экстраординарных событий в России в эти дни не происходило, и даже непонятно, почему «Левада-центр» решил измерить отношение россиян к президенту второй раз в течение одного месяца». До сих пор два опроса в месяц социологи проводили лишь в период президентских выборов.

Впрочем, может быть, эти данные — внезапный рост доверия к власти — свидетельствуют всего лишь об общем росте «уровня тревожности» у российского населения.

Как сообщает журнал Новое время, судя по данным компании «РОМИР мониторинг», в России оценка опасности терроризма намного выше, чем во всех соседних государствах. Еще в августе, до последней волны терактов, 36% считали, что «опасность терроризма для нашей страны очень велика», а 49% полагали, что она «довольно велика». Для сравнения: эти же оценки в Литве составляли 3% и 21%, в Казахстане — 11% и 36%, а в Армении — 4% и 14%.

Сегодня эти показатели для России вновь возросли: уже 41% «очень опасаются», что они сами или кто-то из членов их семьи станут жертвами нападения террористов, а еще 40% опасаются этого «в какой-то степени».

Очевидно, пишет Новое время, что опасения охватывают подавляющее большинство населения. Причем выше всего уровень страха перед террористическими атаками в городах-миллионниках: здесь жертвами террора опасается стать 50% населения.

Стоит также отметить, подчеркивает журнал, что «зажиточные слои и люди с высшим образованием опасаются чаще бедных и менее образованных».

В таких условиях жесткая риторика кремлевских идеологов может иметь вполне конкретных адресатов. Тем более, что и рассчитана она, похоже, на людей вполне вменяемых и информированных.

Владислав Сурков в беседе с корреспондентом Комсомолки ссылается даже на известного американского историка и политолога Фрэнсиса Фукуяму, который «в одной из своих работ отмечает, что для посттоталитарных обществ характерен дефицит слциального капитала, навыков совместных действий, доверия граждан друг к другу».

«Увы, — наставительно замечает Сурков, — и наше общество здесь не исключение. Нравственный кризис, возникший в недрах псевдоколлективистского коммунистического режима, продолжается и поныне. Моральное большинство формируется медленно. А неистребимые персонажи журнала «Фитиль» — несуны и болтуны, стукачи и взяточники, очковтиратели и чинодралы — орудуют и теперь так же проворно, как в советскую старину. Поэтому настоящему коллективизму нам придется учиться заново».

Для чего предстоит «раскрепостить частную инициативу в деле государственного строительства и общественной безопасности — первейшее условие нашей победы в борьбе с террором. К этой работе надо подключить и гражданские союзы, и систему образования, и масс-медиа, и правоохранительные органы».

Ужасно хотелось бы спросить — если бы представилась возможность — почему в списке мероприятий и структур, которые должны быть задействованы в борьбе с террором, праоохранительные органы стоят на последнем месте?

Между тем пассаж о Фукуяме вызвал шквал замечаний со стороны оппонентов Суркова.

Евгений Киселев в Московских новостях напоминает, что на днях Фрэнсис Фукуяма оказался в числе 113 подписантов открытого письма главам государств и правительств стран НАТО и ЕС.

Известнейшие политики и политологи выражают в письме свое беспокойство по поводу того, что трагические события в Беслане «используются для дальнейшего разрушения демократии в России» (цитируется по Новой газете).

«Российские демократические институты всегда были слабыми и хрупкими, — утверждают авторы. — С тем пор, как Владимир Путин стал президентом в январе 2000 года, он сделал их еще слабее».

Далее высказаны все претензии к Кремлю, не раз звучавшие в западной прессе. Путин, заявляют подписанты обращения, «систематически урезал свободу и независимость прессы, разрушил контроль и противовесы федеральной российской системы, произвольно поместил в тюрьму и реальных, и воображаемых конкурентов, удалил легитимных кандидатов из избирательных бюллетеней, преследовал и арестовывал лидеров негосударственных общественных организаций и ослабил российские политические партии». А непосредственно после теракта в Беслане президент «объявил о планах дальнейшей централизации власти и кардинальных мерах, которые поставят Россию на шаг ближе к авторитарному режиму».

Письмо подписали, в частности, бывший президент Чехии Вацлав Гавел, бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт, бывший шведский премьер Карл Бильдт, а также Ричар Холбрук, который считается наиболее вероятным кандидатом на пост госсекретаря в случае победы Джона Керри на президентских выборах в США.

В общем, ссылка на Фукуяму и впрямь была не самым удачным моментом выступления Суркова в Космсомолке. С точки зрения газеты Ведомости, цитата из Фукуямы выглядит в тексте «по-провинциальному»: «Кто бы сомневался, что Сурков читает «умные книги»…

А филиппика главы президентской администрации против «несунов», «очковтирателей» и «чинодралов», по мнению газеты, «откровенно пародийны и наводят на мысль, что спичрайтеры захотели повеселиться».

В целом же интервью Суркова, как считают Ведомости, «вполне себе качественный спичрайтерский продукт». В самом деле — «что еще мог сказать федеральный чиновник?»

Газета считает, что со многими тезисами Суркова следует согласиться. «Например, что «замкнутые в своих опереточных суверенитетах регионы и дохлые одноразовые партии были не в состоянии противостоять царившему в стране хаосу». Или что «у фальшивых либералов и настоящих нацистов все больше общего», в частности — зарубежные спонсоры и ненависть к собственной стране».

Правда, Ведомости также считают, что Сурков явно злоупотребляет «мобилизационной» риторикой. По мнению газеты, заявлять, что «враг у ворот», а фронт «уже проходит через каждый город, каждую улицу, каждый дом», должен, коли на то пошло, «сам президент, а не его помощник и не в газетном интервью».

Но главный вопрос — зачем это было написано — остается, с точки зрения Ведомостей, без ответа.

Собственный ответ на него предлагает журнал Профиль, по мнению которого, из идеи «мобилизации нации» на борьбу с терроризмом, из президентского тезиса о том, что «Россия должна быть единой», вполне может родиться долгожданная российская национальная идея, о необходимости которой так давно рассуждают лучшие умы в России.

Есть цель — единство страны, есть угроза — ее развал, есть враг — любой, кто так или иначе способствует (или не противодействует) этому развалу — пишет журнал. — Чем не национальная идея?»

Профиль признает, что «события последних месяцев и особенно трагедия в Беслане» позволили Кремлю реанимировать лозунг единства страны, «сделав его главным и системообразующим».

Тезис этот, впрочем, не нов, с него Владимир Путин некогда начинал свою кремлевскую жизнь, и, как пишет журнал, сумел накопить даже некоторый опыт по его реализации.

«В свое время — в президентском послании 2001 года — Путин даже констатировал, что «период расползания государственности — позади, дезинтеграция государства остановлена». Как выяснилось, эти выводы были поспешными.

Сегодня, пишет Профиль,кремлевские аналитики, очевидно, считают угрозу распада РФ главной проблемой, а «те, кто реально управляют страной, почувствовали, что в существующих рамках с управлением не справляются». В результате умелые политтехнологи «выловили» идею как наиболее пригодную для объяснения действий Кремля». Сказано достаточно откровенно.

Впрочем, как считает Профиль, генезис идеи не так уж важен, «главное, что такая идея появилась и может сработать».

Между тем журнал Власть выражает глубокие сомнения по поводу плодотворности любимой путинской идеи об укреплении вертикали власти — а теперь еще и об укреплении единства страны, власти и общества и т.д.

Методы, предложенные Кремлем, с точки зрения Власти, способны привести скорее к результату, обратному желаемому.

«Во-первых, назначенные губернаторы вряд ли окажутся дееспособнее всенародно избранных в борьбе с террором», — иронически замечает журнал. Не говоря уж о том, что при существующем в Кремле кадровом голоде вряд ли удастся легко найти «квалифицированных и, что самое главное, умеющих не врать президенту кадров для замещения важных региональных должностей».

Но если уровень руководства «антитеррористическими губерниями» останется прежним, «да еще, не дай бог, цены на нефть обвалятся и стабилизационный фонд иссякнет» — есть все основания ожидать начала очередного «новоогаревского процесса. «И тот факт, что руководители этих губерний будут не всенародно избранными, а назначенными сверху, никакой роли не играет».

В конце концов, напоминает журнал, первые секретари ЦК Компартий союзных республик тоже утверждались в свое время на республиканских пленумах по представлению Политбюро ЦК КПСС — «то есть по той же самой процедуре, которую предлагает сегодня Владимир Путин». Это не помешало им впоследствии объявить о независимости своих республик.

Так что все шаги власти по «дальнейшему совершенствованию политической системы», которые обозреватель Еженедельного журнала Александр Рыклин назвал «прелюдией к третьему сроку», имея в виду продление полномочий нынешнего президента, могут оказаться малоэффективными.

К тому же, как заметил уже упоминавшийся сегодня Виктор Шендерович в интервью газете Московская правда, «есть законы физики: когда растет давление в системе, нельзя завинчивать клапан — разнесет все».

Сейчас власть, по выражению Шендеровича, «благополучно спит на нефтяной подушке, на сорока долларов за баррель. Хорошо бы ей приснились восьмидесятые годы, когда нефть упала до десяти долларов за баррель, и советская власть рухнула, хотя все было под контролем: пресса, парламент, армия, милиция…»

Есть странная закономерность: едва ли не в каждой статье о «новом курсе» президента Путина речь неизбежно заходит о развале СССР…

К чему бы это?

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ