Проблемы второго президентского срока Владимира Путина — авторитарная модернизация и социальные протесты: куда идет король — большой секрет!

0
12

Во всероссийской акции протеста 10 июня — по данным разных изданий — приняли участие от нескольких десятков тысяч (газета Время новостей) до миллиона (газета Ведомости — со слов лидера ФНПР Михаила Шмакова) россиян. Протестная волна поднялась после принятия правительством решения о так называемой монетизации социальных льгот. Плюс требования погасить долги по зарплате, «сохранить доступность здравоохранения и образования», не допускать необоснованного роста тарифов, а также повысить зарплату бюджетникам в полтора раза.

«Прокатившиеся по стране стихийные протесты граждан, отметило Время новостей, — наконец заставили подать голос и лидеров российских профсоюзов, обычно настолько лояльных власти, что она давно уже не считает нужным даже обсуждать с ними свои планы». Михаил Шмаков даже решился, как сообщает газета, на довольно воинственные заявления о том, что если голос народа услышан не будет, к осени профсоюзы перейдут от протестов к предупредительным забастовкам.

Трудно сказать, насколько эта угроза реализуема. По данным ВЦИОМ, полученным как раз накануне всероссийской акции протеста (публикация газеты Коммерсант), всего 8% работников верят в то, что профсоюзы способны защитить их права (в Москве и Санкт-Петербурге и того меньше — 6%).

37% респондентов ответили, что на их предприятии профсоюза нет вообще. А у 48% участников опроса профсоюз по месту работы имеется, но никакого влияния на ситуацию он не оказывает.

При этом поле деятельности для профсоюзов есть: 16% опрошенных ВЦИОМ заявили, что работодатели больше, чем на месяц задерживали выплату заработной платы. Случаи нарушения трудовых прав были отмечены 41% респондентов, причем, сообщает Коммерсант, 55% из них восприняли ущемление их прав как должное.

Самый распространенный подход: «Положение очень неприятное, но придется терпеть дальше, потому что я все равно не смогу изменить ситуацию».

Те же, кто терпеть больше не может, пытаются найти выход через личный контакт со своим начальством (32%) или путем перехода на другую работу (10%).

Правда, в ФНПР утверждают, что «опрос ВЦИОМа явно заказной», что гонения на профсоюзы, начавшиеся во времена Бориса Ельцина, продолжаются и сегодня. «Профдвижение не выгодно ни правительству, ни частникам, — заявил глава пресс-службы ФНПР Игорь Розанов, — Рабочие до сих пор не поняли, что защитить их права могут только профсоюзы, и обращаются к нам только тогда, когда случаются проблемы».

Претензии у руководства ФНПР есть не только к трудящимся, не признающим в профсоюзах своих защитников, но и к власти. Как заметила газета Время новостей, Михаил Шмаков счел необходимым лично выйти к Белому дому, чтобы потребовать уважения к возглавляемой им организации.

Дело в том, поясняет газета, что в соответствии с федеральным законом «О профсоюзах» все социальные законопроекты власти перед внесением в Госдуму должны обсуждаться трехсторонней комиссией, состоящей из представителей государства, предпринимателей и профсоюзов. Однако последние давно уже ведут себя настолько незаметно, что власти, как считает Время новостей, сочли необходимость советоваться с ними пустой формальностью.

Что и возмутило г-на Шмакова, который, чтобы напомнить о себе, сумел добиться в конце мая аудиенции у президента. Предварительно — для большей убедительности — назначив дату всесоюзной акции протеста.

Президент, впрочем, признал претензии профсоюзов вполне законными, попутно пояснив, что пауза, возникшая в деятельности трехсторонней комиссии, была связана с реорганизацией правительства.

Координатором работы обновленной комиссии был немедленно назначен вице-премьер Александр Жуков, который впрочем, спешить с назначением новой даты ее заседания не стал.

Более того, сообщает Время новостей правительство успело за это время внести в Госдуму пакет социальных законопроектов, вызвавших у профсоюзных лидеров настоящий шок. После скандалов с голодающими шахтерами в Хакасии, требующими выплаты заработной платы, правительство решило изъять из Трудового кодекса статью о государственной гарантии на получение работником заработной платы не ниже прожиточного минимума. В ФНПР заявили, что эти намерения исполнительной власти противоречат 37 статье Конституции. После чего профлидеры и попытались, как выражается газета, «оседлать протестную волну».

А в регионах, помимо профсоюзов, к митингам быстро подключились коммунисты и местные отделения партии «Родина», которые принялись поносить не только федеральные (далекие и недоступные) власти, но и местных начальников и олигархов.

Как ни пытались профсоюзы отмежеваться от вызывающих выходок левых, это им удалось не везде. Газета Коммерсант приводит даже плакат, с которым коммунисты в Омске приняли участие в организованной профсоюзами акции протеста: «Дорогие Ильичи, из гробов вылазьте! Мы пропали на Руси без советской власти».

Как сообщает Время новостей, задуманная профсоюзами акция возымела успех: не успел еще закончиться митинг на Горбатом мосту, как Александр Жуков пообещал вынести все социальные законопроекты на заседание трехсторонеей комиссии. Была назначена и дата — 25 июня.

Демонстративную уступчивость премьера, со своей стороны, уравновесил лидер парламентского большинства Борис Грызлов, который объявил Шмакову, что, с одной стороны, «Единая Россия» разделяет озабоченность профсоюзов сложившейся ситуацией, но с другой — «поддерживает общую концепцию правительственного законопроекта».

Впрочем, в правительстве не сомневаются, информирует своих читателей газета Ведомости, ссылаясь на «источник в одном из министерств, готовивших законопроекты о монетизации льгот», что протесты — «скорее точка зрения активистов, чем волна народного гнева». И потому власть далее «жестов вежливости» идти не готова.

Советник председателя правления Пенсионного фонда Михаила Зурабова Владимир Вьюницкий сообщил Ведомостям, что в правительстве был «серьезный разговор» из-за акции ФНПР, «поскольку конфликтные ситуации никому не нужны». Однако тот же Вьюницкий убежден, что митингующие толком не разобрались, против чего протестуют, а лозунги профсозов он считает «политическими» и «популистскими».

Вице-спикер Госдумы от «Единой России» Георгий Боос также заявил Ведомостям, что «мнение народа» «искусственно подогрели лидеры профсоюзов». В самом деле, соглашается Боос, понятны опасения граждан, что льготы отберут и ничего не дадут взамен, однако профсоюзные лидеры должны отдавать себе отчет, что «живые деньги намного лучше, чем ничем не обеспеченные или вовсе формальные льготы».

Это правда, что многие льготы в последние годы скорее декларировались, чем существовали реально, возражает Боосу в Независимой газете руководитель Центра исследований постиндустриального общества Владислав Иноземцев. «Но, утверждая, что система льгот была неэффективной, правительство тем самым признает, что неэффективной была его собственная работа». И, как теперь стало очевидно, оно «вовсе не стремится сделать ее эффективной» — напротив, «оно старается, прикрываясь демагогией, уйти от исполнения тех функций, которые вряд ли могут считаться ненужными или нереализуемыми».

Причем решение о монетизации льгот, напоминает Иноземцев, принято в момент, когда цены на нефть находятся на высоком уровне, бюджет исполняется с профицитом, золотовалютные запасы Центробанка растут, а специально созданный резервный фонд успешно пополняется. Автор статьи в НГ подсчитал, что 164 миллиарда рублей, которые предполагается израсходовать на компенсацию льгот, составляют менее 10% положительного сальдо внешнеторгового баланса России.

Однако следует иметь в виду, подчеркивает Иноземцев, что стоимость нефти поддерживается на запредельно высоком уровне «стараниями верного союзника России — товарища Буша». Если же признать, что результаты предстоящих 2 ноября президентских выборов в США неочевидны, становится ясно, что осенью цены на нефть могут пойти вниз, а с ними и доходы российского бюджета. Вопроса о том, какие расходные статьи в этом случае пойдут под нож, даже не возникает.

Кроме того, по мнению автора статьи в Независимой газете, то, что в России называют системой льгот на самом деле — часть системы социального обеспечения, давно заработанной теми, кого сегодня называют «льготниками». В то время как настоящими льготниками, подчеркивает Владислав Иноземцев, в нашей стране следует считать государственных чиновников: «Именно им была недавно многократно повышена заработная плата, но о сокращении их привилегий не идет и речи».

Причем льготы свои эта категория служащих начинает получать авансом, как только приступает к исполнению своих обязанностей — вне зависимости от результатов работы.

По официальным данным Минфина, напоминает автор, на финансирование органов государственной власти и управления (без учета расходов на прокуратуру и правоохранительные органы) в минувшем году было истрачено 183,5 млрд рублей — значительно больше, на предполагаемые в будущем компенсации социальнфых льгот. По подсчетам Владислава Иноземцева, расходы на содержание власти составляют 4,5 % всех бюджетных расходов страны. Что значительно больше, чем в западных странах (расходы бюджета США на содержание федеральной власти составляют 0,88% от общих расходов).

Любопытные цифры на ту же тему приводит журнал Власть: по данным из отчета Минфина, в январе-апреле 2004 года расходы государства на «функционирование» первого лица в государстве — президента — составили 1 550 636 000 руб.

Таким образом, каждый день главы государства обходится этому государству в 12,8 млн рублей ($441 тыс.). Из них в качестве зарплаты Владимир Путин получает около 4900 рублей (из расчеты ежемесячного президентского оклада в 146,8 тысяч рублей).

«То есть на средства, выделяемые из бюджета на финансирование деятельности главы государства, — рассуждает Власть, — можно нанять на работу одновременно 2615 российских президентов».

Эти цифры не представляют какого-то исключения: по сравнению с 2003 годом «президентская» статья расходов практически не изменилась: за весь прошлый год по этой статье было израсходовано, пишет дотошная Власть, 4 772 738 000 руб. или 0,2% федерального бюджета. То есть в день в среднем расходовалось 13,1 млн рублей.

Возвращаясь же к подсчетам Независимой газеты, следует отметить: по мнению

Владислава Иноземцева, правительство и сегодня тратит на существующие для разных категорий льготы примерно ту же сумму, что определена для выплаты компенсаций — не более 164 млрд рублей (а вовсе не 2,8 трлн, как было заявлено — эта цифра превышает сумму всех доходов федерального бюджета).

При этом очевидно намерение власти — ни в коем случае не увеличивать расходы.

«Презирающая свой народ власть откровенно торгуется с ним, считая, видимо, что в этом и есть суть рынка. Стоит ли вовлекаться в этот торг?»

Свой ответ на этот вопрос предлагает газета Новые известия, напоминая для начала четырем миллионам россиян, страдающим от несвоевременной выплаты заработной платы содержание 145-й статьи УК.

Эта статья грозит виновным в задержке зарплаты свыше двух месяцев достаточно суровым наказанием: «либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до двух лет».

То же деяние, но с тяжкими последствиями (например, гибель одной из участниц голодовки с требованием вернуть заработанное) увеличивает срок возможного тюремного заключения от трех до семи лет, а запрет на право занимать определенные должности или заниматься предпринимательством в этом случае может стать бессрочным.

Новые известия подсчитали, что общероссийский «ком долгов» по зарплате достиг астрономической суммы в 24 миллиарда рублей.

Не исключено, что именно эта ситуация еще больше укрепила в народе опасения по поводу лозунга «Деньги вместо льгот». Если не платят заработанное, будут ли платить обещанное?

К тому же, как заметила Литературная газета, не стоит забывать и об инфляции, которая быстро уменьшает любые фиксированные выплаты.

Российский исторический опыт взаимоотношения государства с населением, горестно замечает Литературка, заставляет делать самые мрачные прогнозы.

Газета уверена, что — если говорить о власть имущих — «недовольства народа они не боятся, общественное мнение их не интересует». Тем более, что действенных механизмов контроля над властью сегодня нет, «высший законодательный орган полностью под пятой очень богатых людей, многие места в Думе и Совете Федерации проплачены, потому депутаты часто ведут себя как марионетки».

Между тем газета Ведомости приводит мнение известного политолога Алексея Макаркина (Центр политических технологий), который утверждает, что «процесс народного гнева объективен», а Кремль, допуская протестные акции, стремится этот процесс контролировать, «чтобы инициативу не приватизировали коммунисты и ультралевые».

В самом деле, повод для беспокойства есть: лидер московских коммунистов Александр Куваев, сообщает газета Русский курьер, на днях выдвинул предложение «активизировать уличные акции протеста» и верхушка КПРФ его поддержала.

Геннадий Зюганов, многократно упрекаемый в соглашательстве и соратниками, и противниками, высказался в традиционном для него духе: «Я считаю, надо соединить все виды борьбы, и прежде всего — идти в трудовые коллективы, чтобы отстаивать интересы простых граждан».

Тем не менее очевидно, что компартия, потерявшая в результаты выборов-2003 право на решающее мнение в Госдуме, намерена, по примеру профсоюзов, вернуть себе былое влияние.

Зюганов объявил на недавней конференции Московского городского комитета КПРФ, что «мы призвали всю страну выйти 2 июля на всероссийскую акцию протеста» против планов правительства.

Речь идет, поясняет Русский курьер, не только о законах о социальных гарантиях гражданам, но и о законе о жилище, а также о нашумевшем в последнее время законах о референдуме, митингах и шествиях.

Вообще в стране оказалось довольно много желающих воспользоваться явно накопившимся недовольством ходом реформ, пишет в издании Газета Андрей Рябов.

В частности, блок «Родина», ранее позиционировавший себя как ярко выраженный национал-популистский союз, буквально на глазах пытается превратиться в левую политическую организацию: «Даже Дмитрий Рогозин, получивший известность как профессиональный защитник интересов соотечественников, теперь осваивает леворомантический образ «команданте Рого».

Хотя, по мнению Рябова, для власти не имеет смысла формировать новую левую оппозицию: гораздо эффективнее было бы «попытаться заново договориться с нынешним руководством той же КПРФ по принципу : «Забудем недавние обиды, вернемся к правилам, существовавшим при «красной Думе». Критикуйте, шумите, демонстрируйте, но не позволяйте протестным настроениям выйти за разумные пределы».

История с социальными законами еще раз продемонстрировала власти, насколько опасна политическая стерильность, полное отсутствие в стране сколь-нибудт дееспособной оппозиции.

Становится очевидно, пишет обозреватель Газеты, что «даже такого мощного политического ресурса, как огромная популярность главы государства, на которую очевидно, рассчитывали и правительство, и Госдума, да и ФНПР, будет недостаточно, чтобы избежать социальных протестов».

Кстати, как выяснил ФОМ (публикация газеты Ведомости), рейтинг доверия президенту в последние месяцы пошел вниз. С марта, когда Владимир путин был переизбран президентом, его рейтинг снизился с 40% до 30% (опрос был проведен в начале июня).

А по данным Аналитического центра Юрия Левады, число «полностью доверяющих» Путину снизилось с 19% до 14%.

Впрочем, как пояснили Ведомостям аналитики Левада-центра, снижение рейтинга можно объяснить традиционной послевыборной усталостью: до голосования ожидания граждан были завышенными и явно не могли быть реализованы.

К тому же, поясняют социологи, непопулярные социально-экономические меры угрожают прежде всего рейтингу доверия парламента, затем правительства, и лишь в последнюю очередь — президента.

И все же, подчеркивает Андрей Рябов, негативная реакция населения на инициативы правительства оказалась настолько сильной, что, судя по всему, «кто-то в высших коридорах власти в этот момент понял, что провести тяжелые социальные реформы кавалерийским наскоком под убаюкивающие утверждения, что, мол, это для вашей же, граждане, пользы, вряд ли удастся».

Рябов считает, что после того, как проблема была осознана, в верхах и родилось «предложение профсоюзам вспомнить об их основной задаче и отреагировать на общественные настроения».

Скорее всего, вся эта акция протеста и задумывалась как превентивная мера: «Пусть помитингуют, повыплескивают негативные эмоции, после чего, успокоившись, разойдутся по домам».

Однако проблемы это не решает: сложные социальные реформы для дальнейшего развития страны просто необходимы, пишет Газета. Главный вопрос в том, как сделать их не только экономически эффективными, но и не нарушающими установившейся в обществе стабильности, и более того — способствующими дальнейшему социальному развитию общества.

А для этого, еще раз напоминает Андрей Рябов, нужна система, которая «позволила бы учитывать при принятии решений, имеющих общенациональное значение, интересы различных социальных групп». Для чего просто необходимы реальные социальные институты — гражданские инициативы, партии, настоящие профсоюзы, которые способны были бы всерьез, а не понарошку, как нынешняя ФНПР, позаботиться о выражении интересов граждан.

«Есть осторожные основания полагать, — подчеркивает Андрей Рябов, — что к какой-то части властвующей элиты приходит понимание того, что мессианский способ осуществления реформ, при котором власть говорит: мы знаем, как надо, а ваше дело ждать и верить, что все закончится хорошо, — может привести совсем не к тем результатам, которые ожидались». Хотя нельзя не заметить, что именно этот метод практиковался российскими властями как минимум с 1917 года.

Как заметил недавно вновь вернувшийся к своим читателям журнал Новое время, похоже, что авторитарная модернизация времен второго президентского срока, задуманная Владимиром Путиным, может дать сбой именно потому, что в отсутствие оппозиции модернизаторские проекты начинают буксовать.

К большому неудовольствию властей: ведь именно модернизация должна стать, как считает журнал, девизом «второго царствования» Владимира Путина.

«Вести народ правильным путем, не объясняя почему» — эта мысль, рожденная в том же Древнем Китае, видимо, близка к тому, как президент и ближайшие его сподвижники «для себя» формулируют собственную политику», — пишет Новое время.

При этом нельзя забывать, что в первый президентский срок Кремлю приходилось соотносить свои действия с обязательствами перед прежним режимом.

Нужно было считаться с унаследованными политическими условиями с существовавшим «политическим, региональным и олигархическим плюрализмом, а также и с необходимостью с популистскими целями тратить деньги, идя навстречу близоруким пожеланиям народа».

Однако удачное завершение парламентских выборов 2003 года и второй президентский мандат, полученный в 2004-м, вроде бы дают наконец-то возможность двинуться вперед, «не оглядываясь больше на старые помехи и работая только на историю».

Предстоит модернизировать сверху экономическую жизнь и весь общественный уклад, «не спрашивая согласия, не ввязываясь в утомительные публичные споры и не объясняя или почти не объясняя почему. Во всяком случае, не вдаваясь в детали».

Что же касается всякого рода плюрализма, гражданственности, свободомыслия и свободословия, иронически замечает Новое время, «то они пусть будут. При условии, разумеется, что не станут создавать проблемы и мешать работать». Такова, судя по всему, общая программа действий. Она близка к тому, что называют «авторитарной модернизацией». Эта система правления практикуется во многих «бедных и средних странах», и не везде с безусловным успехом.

Адаптация же ее к российским условиям, замечает журнал, «без сомнения, интереснейший исторический эксперимент, наблюдать за которым нам приходится, правда, не из академического далека, а изнутри — так сказать, из лабораторной колбы, в которой все и происходит».

Отсюда такая болезненная реакция на кажущуюся со стороны вполне разумной мысль правительства о замене социальных льгот денежными выплатами.

Любопытные соображения на этот счет высказывает обозреватель Еженедельного журнала Юлия Латынина.

Известно, что в России льгота — признак определенного статуса: «Это как дворянское звание. Это признание обществом заслуг ветерана или героя».

Но суть проблемы, похоже, еще глубже: в национальном сознании укрепилась мысль, что «жизнь несправедлива», в ней существуют беды, которые не компенсировать никакими деньгами.

И вот, по мнению Латыниной, российский народ, известный своими патерналистскими настроениями, склонен воспринимать льготы как нечто вроде «государственной компенсации старости, смерти и горя».

Как пишут митингующие на своих плакатах, «льготы постоянны, деньги временны». Что тут возразить, тем более — на фоне финансовых катаклизмов последних лет?

Не говоря уж о том, напоминает Латынина, что льготы в глазах народа — «это последнее, что осталось нам от социализма». То есть от общества, «где почти ничего не платили, а все давали, точнее, обещали дать».

В общем, остается лишь согласиться с Михаилом Ходорковским — точнее, с его знаменитым высказыванием о том, что президент Путин либеральнее как минимум 70% российских избирателей.

Беда в том, что, как говаривал другой российский правитель (а также «любимый вождь», «мудрый учитель», «отец народов» и проч.), при жизни горячо обожаемый как минимум семьюдесятью процентами своих соотечественников, — «другого народа у меня для вас нет».

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ