Дискуссия о либерализме и реал-политик: либералов просят не беспокоиться

0
17

Поговаривают, сообщил в начале недели журнал Деньги, что ближе к концу мая Михаила Ходорковского «отпустят из тюремных застенков на все четыре стороны». Якобы экс-олигарх согласился на все условия властей и теперь проблема лишь в подборе «легального способа» его освобождения.

Утверждают даже, что никто больше не настаивает на эмиграции Ходорковского, поскольку он, в отличие от Владимира Гусинского и Бориса Березовского, «не представляет угрозы для судеб российской демократии».

Вроде бы для экс-главы ЮКОСа подыскивают сейчас «нейтральный бизнес, которым он мог бы заняться после выхода из СИЗО». Тем более что, как стало известно в конце недели, по иску МНС был наложен арест на все активы ЮКОСа — «за исключением основной продукции», уточнила газета Ведомости.

Между тем Деньги для придания веса изложенной информации сочли необходимым подчеркнуть, что источник ее находится непосредственно в Генпрокуратуре.

А Независимая газета в качестве комментария к последним событиям с фронта антиолигархической борьбы процитировала интервью министра финансов Алексея Кудрина британской газете «Times».

Как утверждает НГ, министр «открыто признал, что российские власти фактически «выбивают» деньги из отечественного бизнеса». И главным инструментом воздействия на строптивых бизнесменов стал арест акционеров ЮКОСА — Михаила Ходорковского и Платона Лебедева.

«Уже есть некоторые результаты, — похвалился Кудрин. — Многие бизнесмены решили демонстрировать больше прозрачности и честности, чтобы защитить себя от подобных действий со стороны органов правопорядка».

Кроме того, Кудрин, сообщает Независимая газета, даже пообещал олигархам амнистию их капиталов, если они добровольно пойдут на ограничение своих прав.

«Развивая мысль министра финансов, — язвительно замечает газета, — можно предположить, что в дальнейшем, если правительству понадобятся деньги на что-либо, силовики арестуют еще пару видных бизнесменов, чтобы остальные сбросились властям на бедность».

Во всяком случае, с точки зрения НГ, это уже не «равноудаление олигархов», а «нечто, никак не согласующееся с идеями либерализма, которым на словах привержены все члены кабинета министров».

К тому же, учитывая «неправовой настрой» главы Минфина, замечает газета, его тезис о возможной амнистии капиталов приобретает скорее «репрессивный» смысл. Не исключено, что капиталы и впрямь амнистируют, однако предприниматели должны будут «добровольно» отдать их государству — «в противном случае будет как с Ходорковским».

По сведениям НГ, многие российские бизнесмены встревожены настроениями, царящими во властных кругах, однако откровенно высказываться на эту тему не рискуют. Лишь «смелый Чубайс» сделал достаточно резкое заявление на продолжающемся в Лондоне российском экономическом форуме.

«Несмотря на неблагоприятный политический момент, ради того, чтобы сохранить будущее страны, кто-то должен четко и ясно сказать, что частная собственность в России должна быть неприкосновенной и священной», — сказал глава РАО ЕЭС.

По мнению Чубайса, передел собственности, какими бы целями он не мотивировался, абсолютно неприемлем, а сама его попытка может быть разрушительна для страны.

Кроме того, по свидетельству газеты Время новостей, Чубайс в очередной раз дал отпор Михаилу Ходорковскому с его призывами к покаянию либералов.

Время новостей цитирует Чубайса: «Ходорковский кается не за свои грехи — он кается за мои грехи. Ходорковский был либералом только в 1996 году, а после этого вместе с Березовским и Гусинским вполне успешно боролся с либералами. И поэтому пусть раскаивается в своих собственных грехах. Человек сидит в тюрьме и ему оттуда нужно выйти — это видно по его посланию. И если нужно будет донос написать, то он напишет».

В общем, как обмолвилась в одном из своих многочисленных интервью глянцевым журналам добросердечная Ксюша Собчак, «и хорошо, что /Ходорковский/ сидит, иначе камнями забросали бы».

Это уже вторая попытка Чубайса ответить Ходорковскому. Первая, более содержательная, была им предпринята, как пишет то же Время новостей, в The Financial Times.

«Мы создали в России феномен олигархов, и они принесли много вреда, привнеся коррупцию в политические и правовые процессы, — заявил Анатолий Чубайс британской газете. — Но помимо этого, они создали успешные компании, которыми известна теперь Россия… Говоря о совокупном росте российской экономике на 38% за последние пять лет, надо понимать, что рост наблюдается как раз в частном секторе, созданной во время той самой приватизации, которую все так не любят. Экономика работает, причем именно по той схеме, которую мы разрабатывали».

Сам факт того, что Чубайс ответил Ходорковскому в западной газете, дал повод Времени новостей напомнить призыв узника Матросской тишины «искать правильный путь в России, а не на Западе». По мнению Ходорковского имидж в США и Европе — «это очень хорошо», и все же «он никогда не заменит уважения со стороны сограждан».

По всей вероятности, замечает Время новостей, «Чубайс считает, что время, когда он может рассчитывать на уважение большинства сограждан, еще не пришло».

Тем временем вступить в дискуссию с Ходорковским решил сам экономический гуру российских демократов — Егор Гайдар.

Причем решил не без предварительных моральных терзаний — неловко как-то спорить с человеком, который «пишет из неволи», признался Гайдар газете Ведомости.

Однако после того, как Минюст обнародовал объяснительную записку Ходорковского, в которой тот утверждает, что «собственноручных материалов» в газету не передавал, авторами статьи следует считать, как выразился Гайдар, «группу неизвестных товарищей, объединенных псевдонимом «М.Ходорковский». А с ними дискутировать не только вполне возможно, но даже необходимо.

Тем более, что, как пишет Гайдар, «как только написанное перестает быть статьей Ходороковского, оно становится набором банальностей». При этом оставаясь «печатным доносом» — в этом Гайдар совершенно согласен с Анатолием Чубайсом.

Далее автор подробно разбирает претензии Ходорковского к 90-м годам. И признает их абсолютно несостоятельными: «Любому трезвомыслящему человеку понятно, что структурные реформы дают позитивный результат с временным лагом… Сколь ни различны личные качества, убеждения, приоритеты, политическая стилистика первого и второго президентов России, все же ельцинский и путинский периоды нашей истории — часть единого процесса политико-экономической трансформации».

Так же решительно отвергает Гайдар тезис Ходорковского о некоей вине либералов, признавая, впрочем, сегодняшний спад популярности либеральной идеи: «Поражение всегда неприятно. Не снимаю с себя ответственности за него. Но делать из нашего поражения на выборах вывод о крахе либерализма в России — неумно».

Вообще, с точки зрения директора Института экономики переходного периода (официальная должность Гайдара), «проигранная битва — не проигранная война». Тем более, что «российский либерализм, как птица Феникс, все норовит восстать из пепла». И происходит это потому, что «спрос на политическую и экономическую свободу в России есть. Значит, будет и предложение».

Вслед за первой статьей Гайдара под названием «Слухи о смерти преувеличены» Ведомости опубликовали вторую, озаглавленную «Без демократии не получится».

В ней автор аргументировано доказывает, что Россия в своем развитии «вплотную подошла к уровню, за которым формирование нормальных, стабильных демократических режимов и возможно, и неизбежно».

Что же касается так называемой «управляемой демократии», сложившейся, по выражению автора, как «простой ответ на вызовы, связанные с отсутствием демократических традиций, невысоким уровнем развития» — это путь неплодотворный, во всяком случае, для России.

С одной стороны, сохранение «видимости свободных выборов и конституционного режима» — черта, позволяющая соблюсти некие приличия в глазах мирового сообщества. Именно это отличает «управляемые демократии» от откровенно авторитарных режимов типа туркменского.

Но с другой, предостерегает Гайдар, родовым признаком режима «управляемой демократии» является развитие коррупции (как будто недостаточно вековых российских традиций такого рода), а также — способность успешно сопротивляться реформам («склеротичность», определил это свойство автор), и, конечно, катастрофическая неспособность сохранить интеллектуальный потенциал нации.

«Опыт показывает, — поясняет автор, — что люди, конкурентоспособные на мировом рынке квалифицированной рабочей силы, в большинстве своем хотят, чтобы их мнение было услышано при выборе будущего страны». Поэтому укрепление «управляемой демократии» в России — мощный стимул для ускорения «утечки мозгов».

В общем, подводит итог Гайдар, очевидно, что построить настоящую демократию в России намного сложнее, чем ее муляж. Однако эту задачу придется решать: «В переводе на язык практических дел это значит, что выход из сформировавшегося сегодня режима «закрытой» демократии, восстановление базовых демократических институтов, возрождение свободных СМИ, честных выборов, независимой от исполнительной власти судебной системы, реальной политической конкуренции — важнейшая задача, которую предстоит решать в ближайшие годы».

Сделав эти выводы, бывший лидер правых выражает свое полное несогласие с наблюдениями «группы товарищей под псевдонимом «М.Ходорковский», которые заявили в своей статье: «Фактически сегодня мы ясно видим капитуляцию либералов». «Могли бы выразиться точнее: хотели бы видеть, — сурово отчитывает их Гайдар, — Наполеон на Поклонной горе тоже хотел ключи от города. И не увидел. И они не увидят».

Вслед за газетой Ведомости обе эти работы Гайдара опубликовал Еженедельный журнал под единым заголовком «Могильщикам либералов».

«На самом деле текст, предложенный читателям Ведомостей, — лишь отрывки из большого концептуального труда Егора Гайдара, причем, на наш взгляд, далеко не самые яркие и значимые, — пишет ЕЖ. — Кроме того, и название этой статьи (как вы, уважаемый читатель, можете убедиться) иное».

Поэтому журнал решил представить своей аудитории полный текст статьи, который впрочем, отличается от версии, предложенной Ведомостями, в основном, многочисленными литературными и историческими реминисценциями, безусловно, очень его украшающими.

Оказалось, что Гайдар щедро и многократно цитирует в своей работе Лермонтова, Бродского, Булгакова, Салтыкова-Щедрина.

Например, он находит, что запоздалые терзания по поводу того, что в ходе российских реформ многое нужно было делать иначе, напоминают монолог первой головы дракона после битвы с рыцарем Ланцелотом из пьесы Евгения Шварца: «Зачем, зачем я ударил его второй левой лапой? Второй правой надо было».

А фраза из статьи условного Ходорковского заставила Егора Тимуровича вспомнить текст Михаила Булгакова: «На стенах выскочили красные горящие слова: «Сдавайте валюту!»

Кроме того, автор проводит исторические параллели и с политическими процессами 50-х годов, и с более ранним делом об убийстве Кирова, когда Зиновьев и Каменев, пытаясь договориться со Сталиным и избежать расстрела, согласились взять на себя ответственность за организацию покушения.

А разъяснение настоящего Ходорковского, что он статьи не писал, но полностью с ней согласен, вызвал в памяти Гайдара воспоминание о советских временах, когда люди, никогда не державшие в руках романа Пастернака «Доктор Живаго», тем не менее писали в газеты возмущенные письма протеста по поводу его содержания.

Словом, налицо фундаментальное знакомство как с русской литературой, так и с историческими реалиями относительно недавнего прошлого — что, впрочем неудивительно для человека с родословной Егора Тимуровича.

И наконец, наиболее основательное и «безыллюзорное», как выразилась Независимая газета, исследование Гайдара о перспективах экономического либерализма в России было перепечатано НГ из журнала «Вестник Европы».

В этой статье Гайдар также начинает свой анализ с уже известного постулата: российские перспективы зависят во многом от понимания того, что все, происходящее сегодня в экономике, «имеет свои корни в событиях начала 90-х годов». А от сегодняшних событий и тенденций во многом зависит российское будущее.

Самое трудно, подчеркивает автор, — «добиться того, чтобы это понимание стало свойственным обществу и тем, кто принимает принципиальные политические решения».

Тем более, что России, в отличие от предыдущих лет, сегодня предстоит решать «не задачу догоняющего развития, где в качестве ориентира можно взять образ структуры экономики более развитых стран и попытаться этот образ сымитировать». Решать придется «задачу догоняющего постиндустриального развития, где сами закономерности изучены гораздо хуже, а перемены происходят очень быстро». И есть, попросту говоря, риск не угадать: выбрав некие приоритеты, Россия может оказаться «перед досадным фактом: результаты этой реализации никому не нужны, не востребованы рынком».

Для того же, чтобы нащупать верный путь, нужно, разъясняет Гайдар, нужны прежде всего структурные реформы, о необходимости которых так давно говорят правительство, экономисты и политики всех окрасов. Причем реформы «взаимодополняющие»: «Если в России будет хорошая налоговая система, но не будет надежно защищенных прав собственности, мы не получим масштабных капитальных вложений, необходимые для устойчивого роста».

То есть, подчеркивает директор Института проблем переходного периода, «нам нужны не авантюры, а продолжение ответственной макроэкономической политики и структурных реформ».

Кроме того, Гайдар призывает в ходе реформ делать поправку на местные условия: «Значение опыта лидеров для стран догоняющего развития состоит не в том, чтобы его слепо копировать, а в том, чтобы понимать стратегические проблемы, с которыми придется сталкиваться; чтобы в ходе выработки национальных стратегий развития минимизировать риски, не повторять чужих ошибок».

Специфика же российская достаточно печальна: по уровню развития наша страна, по подсчетам автора, отстает от развитых стран примерно на два поколения, то есть на 50 лет. Если российская экономика будет и далее развиваться так, как сегодня (прирост около 4% в год), есть надежда пройти эту дистанцию лет за 25. Однако надо помнить, пишет Гайдар, что лидеры все это время также не будут стоять на месте.

Впрочем, по его мнению, России в любом случае не стоит бегать с кем-либо наперегонки, ее задача — «научиться устойчиво развиваться в условиях постиндустриального мира», причем развиваться «используя не столько инструменты принуждения, сколько частные стимулы и инициативу».

Это задача намного более трудная, чем на короткий срок подстегнуть темпы экономического роста, подчеркивает Гайдар, однако только ее решение поможет наконец «избавиться от стиля, характерного для нашей страны с начала XVIII века, когда за рывком следуют застой и кризис».

В том же ключе, хотя, как и следовало ожидать, в значительно более легком стиле, высказал свои взгляды на либерализм недавний соратник Гайдара по СПС Борис Немцов.

«Я считаю, что наиболее актуальная проблема России, от которой зависит судьба страны, — это не экономический либерализм, а политический, — заявил Немцов Новой газете. — Только свободные люди в свободной России могут действительно добиться успеха — и для себя, и для страны».

По мнению Немцова, «презрительно относясь к гражданским свободам, создавая фактически однопартийную систему, подчиняя себе СМИ и правосудие, Кремль совершает «фатальную ошибку: «Они думают, что несвободные люди по указанию из Кремля будут бодро и весело работать и будут счастливы». Это нонсенс, уверен Немцов, «так не бывает».

Более того, опережающее развитие Америки, по мнению Бориса Немцова, во многом объясняется именно тем, что люди не знали там ограничений свободы — до самого последнего времени, когда необходимость борьбы с терроризмом вызвала к жизни определенные сложности. «УК нас же постоянно свобода зажималась и уничтожалась. В этом и причина нашего отставания».

Что же касается различий между ельцинскими и путинскими временами, они, с точки зрения Бориса Немцова, есть, и очень существенные: «Дело в том, что Ельцин в силу известных личных особенностей, а также состояния здоровья физически не мог управлять, а Путин управляет почти всем, чем только можно».

Более того: проблема России, утверждает Немцов, заключается в том, что на сегодня «Путин — наше все». Большая страна Россия «доверила свою судьбу одному человеку. Достаточно, может быть, адекватному, неглупому, нестарому, но — одному». По мнению Немцова, это просто опасно: «Он сконцентрировал в своих руках всю власть, которая есть — законодательную, исполнительную, судебную региональную, информационную».

Таким способом прогресса в стране не добиться: «Конечно, пока нефть дорогая — жить легко, причем при любом политическом режиме. Но вспомните: похожее было в эпоху Советского Союза. И чем все закончилось?»

«Можно ли проводить либеральные экономические реформы в стране с резко выраженными антилиберальными настроениями?» — спрашивает Леонид Радзиховский в еженедельнике Версия. И отвечает: «Не только можно, но и крайне удобно для власти».

Ведь если бы в стране были мощные либеральные настроения, они породили бы влиятельные либеральные партии, с которыми Кремлю пришлось бы делиться властью. «Если же этих либералов страна ненавидит, они жмутся к спасительной ноге власти, как дети к мамкиному подолу».

Итог: либеральных политиков в стране нет, есть только «то, что нужно власти — либеральные бюрократы, спецы». Таково место и самого Гайдара.

Вполне можно также завести для приличия — для Запада — новую правую партию. Хотя бы на основе той же «Демократическрой альтернативы» Владимира Рыжкова и Михаила Задорнова.

Недаром, как заметил в Новых известиях президент Института стратегических оценок и анализа Александр Коновалов, «Кремль почувствовал, что в том зачищенном политическом пространстве, в котором он оказался, складывается ситуация неудобная и бесперспективная».

Отсутствие демократов в политическом спектре, поясняет газета, не только негативно сказывается на международном имидже России, но и «не позволяет совершить модернизационный рывок в целях решения своих внутренних проблем». (Опять рывок!)

К тому же ситуация, во всяком случае, со стороны выглядит тем более странно: «президент, если судить по высказываниям, становится все более продвинутым либералом, в то время как режим в России, наоборот, движется к авторитаризму».

Это, кстати, и Ходорковский (то есть «условный Ходорковский») в своем письме заметил…

Впрочем, как заметил директор российских и азиатских программ Центра оборонной информации США Николай Злобин в журнале Профиль, по поводу либерального настроя власти лучше не обольщаться. Не исключено, что заявленные Путиным крайне болезненные и неприятные реформы не будут не только завершены к 2008 году, но даже и начаты.

Сейчас президент, безусловно, находится в очень тяжелой ситуации, пишет Злобин: «Как только народ и элита всерьез поверят, что на третий срок он баллотироваться не будет, его роль и влияние начнут резко падать. От него тут же отвернутся: зачем связывать свое будущее с человеком, который все равно уйдет?»

Совсем по-другому будет выглядеть ситуация, если неопределенность с реформами сохранится: в этом случае, по мнению Злобина, потребность в Путине сохранится.

«Не исключено, что возникнет общественный консенсус по поводу продления (на год, два, три его полномочий: форму для этого всегда можно найти». В частности, подсказывает Злобин, вполне Путин может уйти с поста президента (будет уважать Конституцию!), но сохранит доминирующее положение и всю полноту власти, пересев в другое кресло — «например, премьер-министра или главы Союзного государства России и Белоруссии».

Есть ли, в самом деле, смысл торопиться с реформами и вообще волноваться по поводу пути развития России?

Смешные эти либералы…

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ