Новый рост президентского рейтинга: "Кто вы, мистер Путин-2?"

0
17

На этой неделе пресса опубликовала данные июньских опросов ВЦИОМ: рейтинг президента Путина (рейтинг доверия) опять вырос — до 77%. Теперь он, как язвительно заметила Новая газета, всего на 12% не дотягивает до рейтинга туркменбаши.

Не вполне понятно, правда, есть ли смысл в таком сравнении — трудно в России в полной мере оценить достоинства «отца всех туркмен», активно зачищающего свою страну не только от «оппозиционеров», но и от еще сохранившихся в ней российских граждан. Ясно только, что речь идет о каком-то совсем уж запредельном величии — например, российскую Думу, возмутившуюся гонениями на злополучных обладателей двойного гражданства, как недавно сообщила та же пресса, господин Ниязов величественно обозвал «птичьим базаром».

С рейтингом российского президента ситуация все гораздо более приземленно. Здесь новый рост симпатий могли вызвать, скажем, торжественные репортажи о визите главы нашего государства в Лондон по королевскому приглашению. Президент во фраке и в белой бабочке (в полусмокинге, поправляет издание Газета, поскольку практичный Путин на фрак, никогда не применяющийся в российской дипломатической практике, не согласился — «а смокинг он еще может при случае надеть») среди особ королевской фамилии — как тут не испытать прилив положительных эмоций?

Вообще освещение этого визита отличалось необычайным вниманием прессы ко всяким приятным деталям — вот, например, информируют Известия, в Эдинбурге Путину преподнесли «феерический подарок — собственную клетку». Имеется в виду всем известная ткань — шотландка. Как пояснила газета, у каждого шотландского рода есть «свои отличительные особенности расцветки знаменитых клетчатых юбок: цветовые сочетания, размер самих клеток, количество и толщина полосок». Путину, правда, юбку шить не стали (и напрасно, рейтингу бы не повредило), «но свой, совершенно индивидуальный отрез вручили».

Помимо очередного успешного выхода президента на международную арену симпатии россиян, вполне возможно, привлекла и объявленная Борисом Грызловым (не чужим для президента человеком) кампания по борьбе с коррупцией в МВД. Здесь, правда, мнения экспертов разделились. Одни, например, считают, что это просто пиар-акция, предпринятая лидером «Единой России» (он же министр внутренних дел) после того, как президент во время своей недавней пресс-конференции подчеркнуто дистанцировался от тех, кто давно уже называет себя «партией власти». Репутация «единороссов» как-то сразу поблекла, тут и грянуло дело «оборотней в погонах».

Однако такой весьма авторитетный наблюдатель, как Виталий Третьяков, заявил в Российской газете, что действия руководства «Единой России» в любом случае заслуживают одобрения: «Если даже как пиаровский ход накануне выборов каждый значимый чин из этой партии сделает нечто подобное тому, что сделал Грызлов против этих самых «оборотней», то я не только извиняю такой пиар, но даже приветствую его». Потому что это, подчеркнул Виталий Третьяков, «уже не пиар, а реальная полезная политика, которая сама по себе пиар».

Правда, Дмитрий Орешкин, глава группы «Меркатор» (его мнение опубликовала Независимая газета), с Третьяковым не согласился: «Если это и был пиар-ход Бориса Грызлова, то не самый эффективный. Ловить преступников — это элементарная обязанность министра». Более того, Орешкин допускает, что милицейское дело есть не что иное, как своего рода апробация новых жестких методов пресловутого «наведения порядка»: «Сначала арестовали «оборотней в погонах и смотрят на реакцию общества. Если общество удовлетворено, за этим может последовать следующий шаг. Найдут группу, которая, например, переправляет за рубеж металл или нефть незаконно. И тоже посадят». Подход, действительно, новый: до сих пор за такие пустяки в России не сажали. Даже дело Козленка о хищениях из Алмазного фонда закончилось, кажется, всего лишь 4-летним сроком, который, к тому же, как выяснилось, подсудимый практически уже отбыл — пока шло следствие.

Впрочем, другие эксперты, к которым обратилась неизменно суровая ко всем действиям властей Независимая газета, были скорее согласны с Третьяковым, чем с Орешкиным. Например, директор Института политических исследований Сергей Марков заметил, что, разумеется, Грызлов, будучи лидером партии, не мог не учитывать «предвыборных моментов», однако гораздо важнее сам факт «зачистки МВД»: «Предвыборный характер этой акции, таким образом, заключается лишь в том, что она в какой-то степени оказалась приурочена к избирательной кампании».

А известный депутат Владимир Рыжков, которого пресса окрестила «надеждой российского парламентаризма», допускает вероятность того, что действия Грызлова — всего лишь разовая акция, «имеющая в какой-то степени предвыборный характер». Однако молодому депутату больше хотелось бы надеяться, что таким образом начинается «долгосрочная кампания по очищению наших правоохранительных органов». В этом случае стремление Грызлова получить общественную поддержку своих действий вполне оправдано: «Как показывают все опросы, общество приветствует подобного рода действия».

Но помимо всего сказанного, как считает пресса, еще одной — и, возможно, главной — составляющей нового роста популярности президента стал его знаменитый тезис об удвоении ВВП в ближайшие годы. То есть акцент на приоритетности существующих в стране экономических проблем.

«Главное, что волновало и продолжает волновать потенциальных избирателей, — пишет Новая газета, — это не внешнеполитические успехи президента, не положение в Чечне и даже не свобода слова. Как свидетельствуют результаты опроса, наиболее интересной темой в президентском послании стала позиция президента по экономическим перспективам».

Как известно, в послании Федеральному собранию Путин заявил, что его в целом устраивает работа правительства. А во время встречи с журналистами он развил эту мысль, подчеркнув, что правительство сделало очень много, и, если дело пойдет так и дальше, заданные параметры (удвоение ВВП), вне всякого сомнения будут достигнуты. Именно эта уверенность в грядущем экономическом благополучии, по мнению Новой газеты, и дала тот самый 7-процентный прирост президентского рейтинга.

Правда, правительству это все равно не помогло: его рейтинг как был на уровне 30%, так и остался. Ничего удивительного, это всего лишь российская национальная традиция — во всем обвинять правительство по схеме «добрый царь — плохие бояре». Так было всегда, заключает Новая газета.

Эту особенность российского общественного мнения в Московских новостях прокомментировал директор ВЦИОМ Юрий Левада. По его словам, речь идет о своеобразном феномене «распределения ответственности»: в общественном мнении президент отвечает за повышение зарплат, а правительство — за рост цен. Другими словами, оценка деятельности президента демонстрирует прежде всего уровень надеж на него, оценка работы правительства и премьера — напряженность повседневной ситуации (та же проблема соотношения цен и зарплат, боязнь потерять работу и т.д.). «При таком раскладе мнений надежда на высшую власть (на президента) всегда более стабильна, чем ожидания и разочарования, связанные с властью исполнительной», — пишет Юрий Левада.

Речь идет все о том же, многократно упоминавшемся в прессе, рейтинге надежды. Однако, как заметил автор, надежды не бывают вечными.

Самый высокий уровень надежд на президента (директор ВЦИОМ даже назвал их «иллюзорными ожиданиями») был зафиксирован в первые месяцы после его прихода к власти. Затем началось постепенное снижение. В частности, индекс надежд на подъем экономики и улучшение благосостояния граждан (разница между имевшими и не имевшими такие надежды) за первые два года правления Путина уменьшился с 44 до 24 процентов.

Это означает, пишет Юрий Левада в своей статье в МН, что «деятельность президента все больше оценивается общественным мнением уже не только по надеждам, но и по конкретным делам» — существенный поворот в общественном мнении.

Между тем, с точки зрения газеты Комсомольская правда, явное намерение Путина сделать своим «предвыборным знаменем» экономические достижения может сыграть с президентом дурную шутку. «Дело даже не в том, что большинство россиян улучшений не чувствуют, — пишет газета. — Дело в том, что президент сделал несменяемым традиционный «последний клапан», предохраняющий его от выражения народного гнева напрямую, — правительство». В самом деле, трудно поверить, что еще каких-то три недели назад отставка кабинета Касьянова после думских выборов казалась неизбежной: «Как можно отставить Кабинет, добившийся впечатляющих успехов?»

Между тем, по мнению газеты, президент сильно рискует, взяв, по сути, на себя ответственность за предполагаемый экономический прогресс. «Если внимательно присмотреться, — пишет обозреватель КП Сергей Чугаев, — львиная доля иностранных инвестиций — непрямые. Идут на покупку наших акций и облигаций. Российский фондовый рынок перегрет. Как только ситуация в Европе и США улучшится (а она улучшится) там произойдет рост процентных ставок и деньги побегут из России».

К дефолту, как считает газета, это вряд ли приведет — Центробанк не зря накопил объемные резервы. Но удар по экономике ожидается серьезный. «И кто за это ответит?». Вопрос, понятное дело, чисто риторический.

Сегодня кого из представителей политической элиты ни спроси, рассуждает Еженедельный журнал, каждый согласится с тем, что правительство Михаила Касьянова «плохое, совсем не такое, какое нужно для решения стоящих перед обществом задач». Однако в конфиденциальных беседах те же политики, которые публично критикуют кабинет министров, доверительно признают: нынешнее правительство, несмотря на все свои недостатки, оптимально — прежде всего, потому, что оно «идеально вписывается в современную политическую обстановку.

Некогда «чисто технический премьер», Михаил Касьянов сегодня нагулял, что называется, солидный политический вес. Вначале, как рассказал журналу один из «думских экспертов», в те времена, когда связи Касьянова с ельцинской «семьей» были очевидны, многие утверждали, что он станет легкой добычей «питерских чекистов». Однако этого не произошло: «А теперь он им не по зубам».

Более того, он уже, похоже, никому не по зубам: «И президент не может этого не учитывать. Президент вообще уважает сильных и ловких, хотя, конечно, он не может не понимать, что правительство слабое».

Так что все критики правительства, по мнению журнала явно преследуют собственные, конъюнктурные цели: «Ну, на чем бы строили свою предвыборную кампанию «яблочники» и коммунисты, если бы действия кабинета их полностью устраивали?»

Примерно с такой же степенью искренности критикуют правительство и представители крупного бизнеса. «В принципе у наших магнатов особых претензий к Касьянову быть не может», — пояснил Еженедельному журналу один из чиновников Белого дома. Особенно ясно это становится на фоне других возможных кандидатов в премьеры — например, Германа Грефа, который признан олигархами полностью недоговороспособным. Поэтому критика правительства со стороны влиятельных бизнес-персон — всего лишь способ напомнить о себе президенту : «Дескать, мы не хуже других и тоже очень важные люди».

Однако это совсем не мешает тем же олигархам появляться в Белом доме с уверениями: «Вы же, братцы, понимаете, что это мы понарошку, лучше вас и на свете нет».

Но самое важное, по мнению Еженедельного журнала, — это то, что правительство полностью устраивает Кремль. «Сегодня уже понятно, — поясняет автор статьи, Александр Рыклин, -что до выборов президент работу над реформами форсировать не собирается. На то есть свои понятные политические причины. Между тем обществу надо это как-то это объяснить. Виноватым можно объявить правительство». Впрочем, возможно, этот ход и не понадобится. Все будет зависеть от конкретных обстоятельств.

Ситуация сохранится и после выборов — только если Кремль все же решится на серьезные реформы (о необходимости которых продолжают упорно твердить ведущие экономисты страны), может понадобиться другой премьер, «поамбициозней» Михаила Касьянова: «А если нет, тогда зачем и после выборов менять правительство? Тем более, что оно всех устраивает».

Иную точку зрения на перспективы сегодняшнего кабинета министров высказывает Алексей Богатуров в Родной газете. По его мнению, Михаил Касьянов как премьер полностью исчерпал свой ресурс за время первого президентского срока Путина.

В свое время Касьянов, пишет автор, был гарантом некого «исторического компромисса» между олигархами ельцинских времен и вновь пришедшими «людьми Путина». Предполагалось, что премьер будет доводить до олигархов претензии президента и одновременно служить их ходатаем во власти. «Питерские» в этой ситуации должны были не нападать всерьез на правительство и бизнес, но постоянно «нависать» над ними, оставаясь напоминанием о возможных карах для непокорных, надеющихся вернуться к «беспределу» ельцинских времен. «С точки зрения равновесия премьер был фигурой даже более «центральной», чем президент», — подчеркивает автор Родной газеты.

Однако времена изменились, а с ними изменились и приоритеты бизнес-сообщества. Ныне самой влиятельной фигурой бизнеса признается Михаил Ходорковский — человек «не только сверхбогатый и влиятельный, но и первый за двенадцать лет сравнимый по интеллекту с Чубайчсом в кругу китов делового мира». И, возможно, более перспективный.

Ведь Чубайс сегодня воспринимается едва ли не как живой классик эпохи построения капитализма в России — «единственный чудом уцелевший открытый и язвительный критик Путина в ту пору, когда в 1999 году тот был еще премьером». Ходорковский же — персона новой формации: «Идеально усвоив уроки предшественников, он не рвется во власть. Его кредо — быть творцом этой власти».

Такому типу предпринимателей свойственна особая стратегия: «найти своего премьера, а не самому соваться в удавку премьерской зависимости от президента». Но и премьер людям такой формации нужен особый. Тем более, что исчезла, как считает автор, необходимость страховать бизнес от власти: За старые ошибки Путин карать и так не позволит, а новых явных наглостей основная масса предпринимателей научилась не делать». То есть в новой ситуации «защитная функция премьера перестала быть ключевой».

Отпала и роль ходатая по делам бизнеса: в отличие от ельцинских времен, когда каждый самостоятельно старался найти путь на самый верх, ныне существует созданный «по высочайшему повелению» РСПП. Он воспринимается как «зачаток механизма законного представительства интересов бизнеса во власти». Конечно, механизм этот не идеален, однако и в таком виде он до некоторой степени защищает крупный бизнес от «непонимания власти».

В общем, роль лидера первого правительства стабилизации Михаилом Касьяновым с успехом сыграна, приходит время премьера «нового поколения». Ходорковский, экономически самый состоятельный бизнесмен в России, к тому же -представитель самого сильного и консервативного сектора экономики — энергосырьевого. Пятнадцать лет этот сектор спасал народ и государство, пишет Родная газета: «Грандиозно, но сколько можно?»

По мнению газеты, сформулировав задачу об удвоении ВВП, Путин недосказал всей правды. В следующий раз ему придется произнести «заветные слова»: «В том числе за счет увеличения производства в несырьевых отраслях промышленности».

Ключевым вопросом второго срока путинского президентства станет, как считает Родная газета, отход от модели сырьевой экономики: «Конечно, подрывать эжнергосырьевой сектор — самоубийство. Но и дальше сводить всю национальную экономику к нему одному — преступление. Это знают даже в Саудовской Аравии».

Поэтому существует три варианта решения судьбы правительства. Первый — «приход антинефтяного назначенца и война с нефтяниками». Второй: «бизнесмены снова протолкнут «своего» премьера». Третий — компромисс Путина с «ходорковцами». В любом случае суть происходящего, подчеркивает автор, — не конфликт Путина с Ходорковским, а «начало борьбы за смену экономических приоритетов».

Судьба же Михаила Касьянова, его судьба, пишет журнал Новое время, незавидна: по правилам аппаратной игры именно премьер обязан расплачиваться по всем политическим счетам, «дисциплинированно прикрывать Путина при том, что окончательные решения по всем амбициозным проектам принимает президента». И к тому же знать, что «в случае обстоятельств форс-мажорных, в которых он вряд ли будет повинен, его скинут с крыльца без колебаний».

До сих пор Касьянов настолько хорошо справлялся со своей ролью, пишет Новое время, что подобрать ему равноценную замену будет сложной задачей: «Многосторонний, талантливый, таинственный человек».

Что же касается любого рода форс-мажорных обстоятельств, в России почти привыкли к тому, что они возникают буквально ниоткуда и следуют друг за другом с навязчивостью всем надоевших летних циклонов. Если же наступает временное затишье, как бы его ни называть — стабилизация или стагнация — это воспринимается почти как аномалия.

В условиях политической стабильности, пишет Андрей Рябов во Времени MN, российская элита, привыкшая, как гоголевский запорожец, к шуму битвы, постепенно втягивается, за неимением других возможностей, в подковерную «войну всех против всех».

«Чем ближе выборы, — подчеркивает Рябов, — тем заметнее становится фрагментация правящего слоя. Былые группы интересов, могущественные политические и промышленно-финансовые кланы, казавшиеся ранее монолитными, раскалываются на небольшие группки, которые начинают конфликтовать со вчерашними друзьями и одновременно со всеми остальными командами». Примеров масса — уже упоминавшееся дело «оборотней в погонах», конфликты в среде силовиков, неспособность к выработке единой предвыборной стратегии даже политически близкими партиями (коллизия Зюганов-Глазьев, не говоря уж о постоянном очаге несогласия между СПС и «Яблоком»). Даже в президентской администрации, как сообщает Время MN утрачено единство мнений относительно того, кто будет считаться «партией власти»: во всяком случае, именно так было расценено «спешное накачивание мускулами» «Народной партии» Геннадия Райкова.

Все это имеет, по мнению Андрея Рябова, одно простое объяснение: элиты чувствуют отсутствие внешних угроз. Конечно, особой консолидации в российских верхах и ранее не замечалось. Однако в моменты испытаний — например, перед выборами 1996 года — когда установившемуся порядку вещей могло что-то всерьез угрожать, все же наблюдалось определенное единство. Сейчас, отмечает автор, ситуация такова, что никакой угрозы президенту и общественному порядку, гарантом которого он останется еще четыре года, нет . «Никто не верит в то, что нынешнее руководство КПРФ собирается вернуть страну в социализм, да и шансов у этого руководства привести к власти своего выдвиженца тоже нет». Однако за время так называемого периода стабильности, элиты поднакопили немало энергии и новых сил. Между тем, будущее для них в известной степени все еще выглядит неопределенно. Как сказал на днях Анатолий Чубайс в своем интервью газете Коммерсант: «фундаментальный для страны вопрос применительно к марту будущего года», вопрос на который сегодня азартно ищут ответ политики всех направлений и уровней, звучит примерно так: «Кто вы, мистер Путин-2?» Что, собственно, ожидает страну дальше — сохранение статус кво или новые реформы? Или, как сформулировал глава РАО ЕЭС: «До какой степени второй срок президента Путина будет использован для реального прорыва?» Который, следует добавить, каждый понимает по-своему.

Именно в силу сохраняющейся неопределенности, как считает Андрей Рябов, «у верхов возникает неукротимое желание поскорее задействовать накопленные ресурсы для того, чтобы определенность будущего усилилась, разумеется, в нужном направлении».

Все это может означать только одно — глухого летнего политического безвременья можно не ожидать. Предвыборная кампания продолжается.

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ