ТРЕТЬЕ ПОСЛАНИЕ ПУТИНА: "СКУЧНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ" ИЛИ ВЫСШИЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПИЛОТАЖ?

0
23

Интрига с президентским посланием, остававшимся полностью засекреченным вплоть до момента оглашения, в конечном итоге разрешилась самым мирным образом. Пресса, все последние дни перед выступлением Путина на разные лады гадавшая, что же это будет — и будет ли или опять перенесут? — испытала сильнейшее разочарование.

Что и засвидетельствовали газетные заголовки: «Скучная революция ВВП» (Известия), «Проза жизни» (Время новостей), «Кризис жанра» (Ведомости), «Сочинение на вольную тему» (Независимая газета). Последняя, правда, попыталась внести момент драматизма в ситуацию, использовав подзаголовок: «Если год назад чиновникам предложили ознакомиться с экономическим либерализмом как с идеей, то вчера — как с императивом, за невыполнение которого последует жесткая кара». Однако другие издания на президентское выступление отреагировали довольно кисло.

«Послание очень удачно выразило президентское credo, если только президент сказал именно то, что хотел. Непонятно только, почему от послания к посланию в жизни так мало меняется», — заметили Ведомости. Во втором послании уже шла речь о том, что реформы в стране блокирует административная система, отстаивающая права на получение «статусной ренты», а попросту — взяток. Год спустя в стране фактически ничего не изменилось, а значит, о действенности президентских посланий говорить не приходится.

С другой стороны, по мнению Ведомостей, упрекать правительство за неисполнительность нет смысла: для того, чтобы решить поставленные президентом задачи, кабинету нужен конкретный план действий. Другими словами, «идеологический вброс» следует расшифровать: каковы конкретно цели, как их достичь, и что будет, если ничего не делать.

Возможно, замечает газета, это и не президентское дело, но больше его выполнить некому. Сегодня же системе «поручено самореформироваться — тащить саму себя за волосы из глубокой ямы».

Вообще, как считают Ведомости, у власти все в полном порядке и с оценкой ситуации и с идеями, не хватает малости — инструментов для реализации этих идей.

По мнению газеты Коммерсант, центральная тема президентского послания — ускорение. Причем «ускоряться» предстоит не только экономике, но и государству — той самой административной системе, представляющей препятствие для нормального развития экономики. Таким образом, «ускорение» становится всеобщим. «С одной стороны это, конечно, правильно — пишет Коммерсант. — С другой — почему-то вспоминаются события, происходившие в Советском Союзе 17 лет назад». Успевшим забыть газета напоминает: в те времена заявленное в качестве всенародной цели ускорение научно-технического прогресса плавно трансформировалось в перестройку, которая впоследствии привела к полному краху системы. «Начинали же, как и сейчас, с погони. Догоняли, правда, не Португалию, как и сейчас, а США», — иронизирует экономический обозреватель Коммерсанта Николай Вардуль.

Советские времена вспомнил и Отто Лацис в Новых известиях. «В годы застоя, — пишет он, — Леонид Брежнев произносил множество очень правильных речей. У него и команда речеписцев была отборная. Он только никогда не путал тех, что писал речи, с теми, кто на практике исполнял указания». Тем более, что большую часть этих указаний никто и не думал исполнять: всем было прекрасно известно, что «не все речи для того сочиняются, чтобы действовать согласно написанному».

А Татьяна Малкина во Времени новостей утверждает, что реакция и политиков, и простых граждан на президентское послание свидетельствует о «повышении уровня требований» к главе государства: «Журналисты солидарно обозвали послание скучным, множество парламентариев назвали его пустым, а случайные прохожие на улицах ворчливо указывали телекорреспондентам, что не в послании дело, а в том, что работать надо».

Это вполне в российских традициях, подчеркивает автор: «Говорить о властях предержащих что бы то ни было, кроме того, что они либо плохи, либо недостаточно хороши, у нас не принято и даже неприлично».

С другой стороны, и трезвость мысли, проявленная президентом, отнюдь не требует от граждан излишней восторженности. В самом деле, пишет Татьяна Малкина, Путин «требует от мирового сообщества лишь вежливости и не морочается идеями великодержавной России». Позиция, скажем прямо, вполне логичная для страны с ВВП в 300 млрд долларов, что составляет 3% ВВП США. По тем же причинам, отмечает автор, президент «не обещает ликвидировать последнего бедняка в течение пяти лет, не меняет кабинет министров каждые полгода», а кроме того — «страдает повышенной подозрительностью и отвергает спешку и риски». Как раз поэтому и отстают от плана многие реформы.

Есть и еще одна сторона дела — она касается широко известного умения президента быть убедительным в любом выступлении, в любой беседе.

«Завидную убедительность» Путина давно уже стало хорошим тоном объяснять особенностями его профессиональной подготовки. Считается, что президент-чекист прекрасно владеет приемами искусства вербовки. «Действительно, не может не показаться подозрительным тот факт, что с личной встречи с Путиным чеченцы выходят чуть не плача, представители еврейских организаций — умиленно плача, лидеры международных держав — в оторопелости, а журналисты — оптимистично улыбаясь». Автор, имеющий опыт встречи с президентом, подтверждает, что президент в личной беседе «умен, глубок, ярок, последователен и логичен». Ничего удивительного, замечает автор, что итог общения с президентом, как правило, один: «вербуются все». Беда в том, продолжает Татьяна Малкина, что «работают после вербовки, увы, немногие». А если работают, то далеко не всегда действуют в соответствии с намеченными целями. И потому кадровый вопрос остается для Путина постоянно актуальным.

Тем временем на ежегодном Российском экономическом форуме в Лондоне в адрес российского президента и его реформ звучала серьезная критика. Известный своей лояльностью к власти президент Альфа-банка Петр Авен заявил во всеуслышание, что никакой либерализации в России на самом деле нет. «Я уверен, — подчеркнул Авен, — что у большинства присутствующих в этом зале есть счета в заграничных банках, у многих есть недвижимость за рубежом, и мы все по российскому законодательству являемся преступниками» (цитируется по газете Ведомости).

Обвинение серьезное, если учесть уровень представительности форума.

Далее Авен заявил, что, по его данным, российские банки финансируют не более 3-х процентов внутренних инвестиций. При этом доля кредитов в банковских активах в целом по России составляет не более 40%. «Чем занимается большая часть российских банков, если они не выполняют свою главную функцию — кредитование? — задал вопрос Авен и сам же ответил: — Они занимаются money laundering, деньги отмывают».

Другим объектом критики Авена, как сообщают Ведомости, стала российская бюджетная система. Глава Альфа-банка подсчитал, что расходы бюджетов всех уровней в нашей стране составляют 33% ВВП. В то время как в Китае эта цифра составляет, по разным оценкам, от 13 до 17% ВВП. «Это огромное бремя для российского бизнеса и тормоз экономического роста», — заявил Авен.

Авена поддержал Борис Немцов, утверждающий, что «президент не берет на себя ответственность за экономическую политику» (цитируется по газете Время новостей).

По мнению лидера СПС, Путину следует взять на себя функции премьер-министра, «перестав перекладывать, как сейчас, ответственность за реформы на «технический» кабинет Касьянова». Другой вариант — ввести пост вице-президента, упразднить правительство по американскому образцу и передать его функции кремлевской администрации.

Как считает Время новостей, по сути, власти предлагается довольно жесткий выбор — либо продолжать реформы, не увиливая от ответственности за их последствия, либо признать, что жесткая зависимость российской экономики от внешнеторговой конъюнктуры сохранится неопределенно долго. По общему мнению всех выступавших на форме (за исключением вице-премьера Алексея Кудрина), сейчас все реформы в России — административная, военная, банковская, пенсионная и т.д. — практически остановились.

Впрочем, как считает Время новостей, сегодняшняя обстановка в стране вполне позволяет игнорировать все радикальные предложения. В этом случае все пойдет, как и прежде: «президент будет все больше и больше критиковать собственный кабинет министров за неамбициозность, его члены будут стараться изображать эту амбициозность вплоть до увольнения, а все вместе перед выборами-2004 будут опасаться проводить реальные экономические реформы».

В том, что президент вряд ли посвятит оставшиеся до выборов два года решительным реформаторским шагам, убежден и Георгий Сатаров, президент фонда «ИНДЕМ».

«Это слишком рискованно, — пишет он в журнале Деловые люди. — После второй победы у него будет больше возможностей для реальной модернизации страны». Впрочем, никакой уверенности в том, что эта модернизация состоится, у Сатарова нет. По его мнению, главная, стратегическая ошибка Путина — ставка на командно-административные методы работы. С другой стороны, логика действий президента понятна: «Когда перед тобой стоит много сложных задач, кажется, что проще всего их будет решить при помощи привычного инструмента».

К сожалению, подчеркивает автор, президент сделал меньше, чем мог — особенно если учесть чрезвычайно благоприятные стартовые условия для реформ. Тем не менее Путин «очень много шел на компромиссы ради сохранения этих благоприятных условий, а позже выяснялось, что компромисс был необязателен и можно было действовать более решительно и последовательно».

Можно ли? Как пишет в Еженедельном журнале шеф-редактор интернет-сайта «Полит.Ру» Михаил Фишман, «анонсируя социально обременительные реформы, Владимир Путин ищет компромисс и не готов объявить откровенно непопулярные мероприятия».

Пресса постоянно обвиняет президент в чрезмерно бережном отношении к своему рейтингу. Однако, по мнению Фишмана, в основании экономического парадокса, по которому, с одной стороны, либеральные реформы не могут не опустошать кошельки граждан, а с другой — реформаторы не имеют на это права, лежит не только забота президента о своей популярности.

Даже глава МЭРТ и известный либерал Герман Греф недавно был вынужден признать, что сегодня шоковая терапия как экономическая политика попросту невозможна.

Именно поэтому, утверждает автор, президент в своем послании, определив общее направление движения, уклонился от конкретики — за исключением 13-процентной ставки подоходного налога. «Путин устранился от собственных инициатив, предложив правительству тратить собственные политические резервы», — констатирует автор.

Во всяком случае, президентское послание «развеяло опасения, будто Кремль готовит новую экономическую политику» — президент не постеснялся повторить прошлогодние тезисы. К тому же в его либеральном послании, как утверждает Михаил Фишман, заложено существенное противоречие: «странно требовать быстрых результатов, ощутимых темпов роста», одновременно настаивая на размеренном, плавном движении вперед.

Адекватно оценивая положение дел в стране, Путин должен был бы сам стать объектом собственной критики — хотя бы как автор известных кадровых решений». Конечно, борьба кремлевских группировок, по-видимому, «позволяет президенту с успехом балансировать между элитами», однако такую структуру государственного аппарата никак нельзя назвать мобильной и эффективной.

Поэтому, конечно, можно предположить, что власть все же решится на решительные действия, на экономический прорыв, в основание которого будет заложен рейтинг не президента, а премьера. Но более вероятно, как считает Еженедельный журнал, что объявленная реструктуризация исполнительной власти обернется «тонкой настройкой кабинета», а «решительные предложения президента снова будут отложены в сторону, чтобы ждать очередной реинкарнации в очередном послании».

Главный редактор еженедельника Московские новости Виктор Лошак считает, что своим посланием Владимир Путин «создал себе базу для маленькой кадровой революции» — после некоторых президентских оценок никто не удивится новым назначениям.

Причем, по предположению Виктора Лошака, «вектор кадровой революции», скорее всего, будет направлен скорее не на правительство, а на президентских полпредов и их аппарат: «В администрации президента уже говорят в открытую о слабой эффективности и раздутости этих структур, о пагубной страсти некоторых руководителей округов в погонах вмешиваться в конкретную экономику». С другой стороны, замечает автор, вплоть до начала конкретных действий трудно определить — «критика бюрократов — это привычный советский финт или предупредительный выстрел в голову»?

Пока же, отмечает главный редактор МН, можно сказать только одно: Путин в очередной раз продемонстрировал себя «либералом значительно более радикальным и чем те, кто за него голосует, и чем другие, кто является его отрядом в парламенте».

Эти последние вообще оказались в сложном положении — президентское послание «неожиданно показало, что коронный номер едва ли не половины думцев — государственническая истерика — уже спросом не пользуется». Президент, даже не затронув эту тему, высказался в том плане, что главное сегодня — «создание условий, при которых граждане России смогут зарабатывать деньги». Это значит, пишет Виктор Лошак, что целый отряд политиков, сделавших ставку на «госудаственничество», борьбу с ВТО и противостояние Западу оказались не у дел. И теперь, чтобы «наполнить паруса хотя бы дуновением кремлевских симпатий», им срочно придется менять курс. «Думаю, справятся», — замечает главный редактор Московских новостей.

Поиск компромисса между необходимостью проведения структурных реформ и стремлением избежать социального взрыва явно может затянуться. Об этом свидетельствуют, в частности, недавние митинги протеста против реформы ЖКХ в Воронеже и то внимание, которое уделила им пресса.

Воронежские власти, как свидетельствует газета Новые извести, больше всего взволновал вопрос: кто организатор акций? Ответ оказался обескураживающим: помимо профсоюзов, ЛДПР и КПРФ, в организации акций протеста приняли участие чиновники из воронежской мэрии. Губернатор Владимир Кулаков был в шоке. «Для нас этот митинг — хороший урок, — сказал он. — Мы считали, что работаем в одной связке с муниципалитетами, а те, оказывается, перевели стрелки протеста под наши окна».

В городе побывал председатель Госкомитета РФ по строительству и жилищно-коммунальному комплексу Анвар Шамузафаров, который разъяснил воронежцам, что общая стоимость жилищно-коммунальных услуг по России — 360 млрд рублей. Примерно половину оплачивает население, треть — бюджеты, а еще 60 млрд рублей не оплачивает никто. Отрасль доведена до состояния банкротства. Чтобы ее поддержать, необходимо повысить оплату — а затем можно и к реформам приступать.

Однако, замечает газета, откуда взялась эта цифра — 360 миллиардов, от которой сегодня ведутся все расчеты себестоимости жилищно-коммунальных услуг, Шамузафаров так и не пояснил. Реальная цена этих услуг пока никем не подсчитывалась. Председатель Госкомитета по строительству просто-напросто «выполнял пиар-задание правительства по доведению до воронежских масс правил игры в сегодняшнюю так называемую реформу».

«Воронежское предостережение» — под таким заголовком напечатал свое сообщение о событиях в городе еженедельник Аргументы и факты.

В предложенном виде реформа начисто «съедает» зарплату большинства граждан, пишет АиФ. При этом местные власти объясняют бюджетникам, что их зарплата задерживается потому, что деньги идут на коммунальные расходы. Получается замкнутый круг, от которого выиграть могут только коммунисты: «На этом фоне им легко будет вести выборную кампанию в Думу следующего созыва».

Воронежские митинги были восприняты политиками именно как политическое событие. Депутат фракции «Яблоко» Сергей Митрохин заявил в Литературной газете: «События в Воронеже — это первый серьезный звонок для правительства, свидетельствующий о том, что реформа ЖКХ в том виде, в каком она утверждена, может привести к массовым социальным потрясениям в России».

А известный политический деятель Александр Дугин, лидер движения «Евразия» не сомневается в том, что воронежские выступления — «это только начало».

Можно, конечно, рассчитывать на то, что нынешние коммунисты, давно уже ставшие ручными и недееспособными, не сумеют воспользоваться подарком судьбы в виде «социального протестного ресурса». Однако, предупреждает Дугин, «политизация недовольных масс может найти другие формы и перейти к более эффективному способу выражения своих легитимных социальных требований». А «более эффективные способы» бывают разные, в том числе и «асимметричные» — даром, что ли, в минувшие выходные вся московская милиция была мобилизована на защиту покоя граждан от скинхедовских погромщиков. Которые, к счастью, именно по этой причине и не появились….

Еженедельник Век приводит мнение такого политогического авторитета, как Глеб Павловский, который утверждает, события в Воронеже — «не что иное, как спектакль с режиссерами и актерами». (При этом Век особо подчеркивает, что относительно недавно избранный воронежский губернатор относится к команде так называемых «путинских чекистов»).

Выводы, к которым подталкивают власть те, кто дал ей «урок социального гнева», очевидны: отказ от либеральной реформы ЖКХ, пенсионной реформы и купли-продажи земли». В противном случае возможно возникновение объединенного фронта радикализировавшихся коммунистов, губернаторов и промышленного директората. У последних, поясняет Век, может просто не оказаться выхода: «Кремль далеко, а взбунтовавшийся народ рядом», и, чтобы сохранить кресло, лучше присоединиться к нему.

С другой стороны, по мнению Века, угроза социального взрыва дает президенту козырь в разговоре с элитой, и прежде всего — с российской олигархией, «вновь поднимающей голову и все более заметно пытающейся развернуть государственную политику в своих групповых интересах».

Не исключено даже, предполагает автор, что может быть объявлено о корректировке социально-экономического курса и о формировании «социального государства». Однако в реальности такие изменения, скорее всего, окажутся лишь косметическими, поскольку российская элита никогда не согласится со стратегией, способной нанести урон ее «базовым интересам».

Помимо всего прочего, замечает еженедельник, размышляя о возможности использования властью фактора социального недовольства, не стоит забывать, что подобная игра всегда рискованна, а в России — и подавно: «Легко заиграться и выпустить джинна из бутылки». Для превращения существующих угроз в реальные преимущества необходимо виртуозное владение «высшим политическим пилотажем».

В общем, как сказал уже упоминавшийся сегодня Александр Дугин, «мы вступаем в зону риска, который будет, увы, повышаться».

Возможно даже, что мы присутствуем сегодня при начале «многоходовой, сложной партии, напоминающей ельцинские времена, только в других исторических условиях».

Словом, в прогнозах сегодня, как и всегда, недостатка нет.

К счастью, существуют издания, предпочитающие иметь дело с точной информацией, с цифрами — «потому что все оттенки смысла умное число передает».

Итак, под занавес — абсолютно точные данные о президентском послании из журнала Коммерсант-власть: «Владимир Путин потратил на прочтение 5752 слов послания Федеральному собранию 51 минуту. Для сравнения: прошлогоднее послание, состоявшее из 6320 слов, Путин зачитывал 63 минуты. Таким образом, президент сократил нынешнее послание на 9% и увеличил скорость его прочтения на 12%».

А кроме того, сообщает журнал, президент заметно повысил свое ораторское мастерство: он совершил всего 19 мелких оговорок, 28 раз произнес «э-э-э» и всего один раз кашлянул.

Наиболее часто употребляемым словом в послании оказалась «экономика» — 51 раз. На втором месте — слово «государство» (48 раз). А в прошлом году «государство» было на первом месте — 62 раза.

Несмотря ни на что, времена меняются, и мы меняемся вместе с ними.

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ