Сюжет недели: президент и СМИ. Критика Путина усиливается

0
14

Главная тема последних дней — скандал вокруг сделки «Медиа-МОСТа» с «Газпромом» и знаменитого «Приложения N 6», подписанного Михаилом Лесиным — сделала очевидным изменение тональности газетных «диалогов о власти».

Даже СМИ, находящиеся в зоне контроля Бориса Березовского, коллеги-олигарха и вечного оппонента Владимира Гусинского, были настроены однозначно не в пользу Кремля. «НТВ должно остаться — даже если оно будет говорить то, что оно говорит сейчас», — это требование, высказанное главным редактором Независимой газеты Виталием Третьяковым, можно назвать программным для множества изданий из числа тех, кого трудно заподозрить в особых симпатиях к Гусинскому и НТВ.

Шаги, предпринятые властью, чтобы решить для себя «проблему НТВ как оппозиционной политической партии» Виталий Третьяков называет «неразумными и небезупречными» и высказывает мнение, что отныне власть подошла к той черте, за которой разрушение системы независимых СМИ становится «уже не угрозой, а реальностью».

«Рэкет как политика по отношению к СМИ», — статьей под таким заголовком отреагировала на скандал газета Сегодня, назвавшая «приложение N6» «посланием кремлевской администрации всем негосударственным СМИ, которые осмелятся и дальше критиковать власть сверх дозы, установленной властью же».

«В словесной битве конфликтующие стороны предстают настолько не понимающими друг друга, будто они говорят на разных языках, — заметили Известия. — Одни требуют: «верните деньги». Им в ответ — «вы душите свободу слова». Но на деле все все понимают».

Газета приводит обширную цитату из интервью Владимира Гусинского газете «Вашингтон пост»: «Представьте себе, что вы родились в доме — может быть, не слишком большом, не слишком хорошем, но это ваш дом… Там спальня, где жили ваши родители. И теперь вам надо продать этот дом. Приходит какой-то парень и говорит: я хочу купить этот дом, я хорошо заплачу. Мы сделаем из него публичный дом… Я не хочу, чтобы в моем родном доме был публичный дом».

Комментируя это эмоциональное высказывание владельца «Медиа-МОСТа», обозреватель Известий Александр Архангельский пишет: «Когда представитель должников, которые на самом деле соглашались продать свой нерентабельный бизнес за пятьсот миллионов против предложенных трехсот, ссылается на свободу слова, он дискредитирует ее идею… Потому что на его возвышенный лирический монолог о родительском доме, в котором сутенеры поселят проституток, всегда можно по-коховски съязвить: за триста никак нельзя, а за пятьсот — пожалуйста, хоть с проститутками, хоть с кем».

Виновник скандала, заверивший «приложение N 6» своей подписью — министр печати Михаил Лесин — отнесся к возможности опалы, как сообщает газета Ведомости, достаточно легко. В субботу, устроив для журналистской тусовки праздник за городом по случаю годовщины своего ведомства, Лесин, надев поварской колпак и фартук, собственноручно изготовил по шашлыку для двух главных редакторов из «Медиа-МОСТа» — Сергея Пархоменко (журнал Итоги) и Михаила Бергера (газета Сегодня). После чего, сменив фартук на пиджак, отправился «на ковер» к Михаилу Касьянову.

Ведомости приводят комментарий к ситуации «одного из высокопоставленных чиновников Минпечати»: «Если власть не хочет, чтобы мы работали на госслужбе — пожалуйста. Нам всем есть чем заняться». Газета считает, что отставка Лесина маловероятна — особенно на фоне просочившейся информации о кандидатуре его возможного преемника, генерал-полковника ФСБ, первого зампредседателя Совбеза Владислава Шерстюка, который, как заметили Ведомости, «один из немногих в нашей, в общем-то свободной стране, кто знает, что такое «информационная безопасность». На его фоне Лесин, автор рекламных роликов банка «Империал», «человек с фантазией и юмором», живущий по правилам некоего московского «междусобойчика», где все на «ты» (например, тот же Лесин и Гусинский), медиа-сообществу гораздо более понятен.

Конечно, предполагает газета, президента Путина, «который в Москве не свой», панибратство и шашлыки могут раздражать. Однако в кремлевскую решимость сделать новый режим «стальным и угрюмым» поверить трудно: «Элемент тусовки должен в нем сохраняться хотя бы как необходимая для любой PR-стратегии «человечинка».

Между тем для Владимира Путина, который, несмотря на всеобщие ожидания, так и не высказался по поводу скандала между Кохом и Гусинским, попытка привести СМИ к единому знаменателю — возможно, вопрос жизни и смерти.

Открывая новый политический сезон, президент, как считает еженедельник Век, не может похвалиться серьезным политическим багажом.

Несмотря на все попытки создания сильной президентской вертикали, учреждение института представителей президента очевидных результатов пока не дало. Политическая машина в виде «президентской партии» также пока не создана — «Единство» по-прежнему остается «механизмом для парламентского голосования» без необходимых оргструктур и харизматических лидеров.

«Остается только одно — как можно скорее создавать информационную вертикаль». Но и здесь дело не ладится: скандал вокруг НТВ, как и скандал вокруг ОРТ совершенно не нужны Кремлю и самому Путину, особенно на фоне последних обострений в СМИ «темы Березовского», появления новой волны компромата на «семью», а также слухов о размолвке между президентом и частью его нынешнего окружения.

Возможно, конечно, все разговоры о готовящемся «переформатировании» кремлевской команды — всего лишь сильное преувеличение едва наметившихся тенденций — и, однако, дыма без огня, по мнению Века, не бывает. Даже если эти предположения ни на чем конкретном не основаны, сам факт их появления — симптом весьма характерный.

«Одинокий президент» — так называет Владимира Путина журнал Эксперт в статье, посвященной расстановке сил на старте нового политического года.

«Перед главой государства продолжает стоять прежняя задача — упрочение собственного положения на верху властной пирамиды, — пишет журнал. — Острота ее почти не притупилась, несмотря на высокие рейтинги и энергичные действия Путина в первые месяцы правления». Эта задача, как считает журнал, состоит из двух частей: наращивания собственной команды и постепенного дистанцирования от «политической силы, которая помогла президенту взобраться на Олимп и теперь (не без основания) считает его своим «агентом влияния». Речь, конечно, идет о ельцинской «семье».

Горячая поддержка электората, желавшего видеть у власти «нового человека» взамен Ельцина и его окружения, теперь, когда избранник занял престол, оборачивается нетерпеливым ожиданием от него «всего и сразу». Между тем, пишет Эксперт, пора бы осознать, что весь первый президентский срок уйдет «на кропотливую работу по укоренению во власти, где все уже давно схвачено и поделено без него». Кое-кто даже сравнивает Путина со Сталиным, Петром Первым и Иваном Грозным, «действовавшими в сходных обстоятельствах».

Во всяком случае, очевидно, что нынешний президент «намеревается отвечать за все в стране сам и ему на всех уровнях власти нужны не оппоненты, а инструменты».

Одиночество президента, пишет журнал, стало особенно наглядным во время августовского кризиса. Эксперт приводит выдержку из аналитической записка Фонда эффективной политики: «Элита отвергла в момент кризиса государство во всех его видах, власть уже знает, что она брошена своей элитой… Государство и народ в момент кризиса могут рассчитывать только на себя. Это страшная и абсолютно нетерпимая ситуация. Вступая в новый политический год, мы не можем позволить себе ее сохранить — необходима некая форма общественной инициативы по ротации элит…».

В качестве такой инициативы предлагается прямое обращение президента к народу для создания партии или общественного движения в его поддержку.

А пока Путин, с одной стороны, «продолжает методично рассаживать своих людей на командные высоты», параллельно «понемногу отрясая со своих ног прах прошлого». Как стало известно Эксперту, в конце лета он «достаточно твердо» предложил Татьяне Дьяченко и Валентину Юмашеву, «не оставлявшим попыток вмешиваться в кадровую политику президента», покинуть госдачу в Волынском, где фактически располагалась штаб-квартира «семьи». Более того, как утверждают «конфиденциальные источники», Путин «простер свою жесткость до того, что пригрозил пересмотреть положение собственного Указа N 1, где прописаны гарантии неприкосновенности бывшему главе государства и его близким». Понятно, что в такой ситуации, пишет журнал, «семья» легко может превратиться из главной путинской опоры периода прихода к власти в его смертельного врага.

Впрочем, пока, как утверждает Эксперт, ельцинский клан и действующий президент сошлись в одном пункте: необходимости исчезновения с политической сцены Бориса Березовского.

Как утверждают, особенно непримиримо к Борису Абрамовичу настроена Наина Иосифовна: якобы, активно участвуя в создании «материальной базы» ельцинского клана, олигарх оставил слишком много «хвостов», причем сделал это намеренно, для обеспечения собственной безопасности.

Пока Путин пользовался поддержкой Березовского, пишет газета Русская мысль, ему все удавалось: «и надувание рейтинга, и выборы в Думу, и завещание Ельцина, и президентские выборы, и даже отчасти война в Чечне».

Стоило же их отношениям испортиться, как удача оставила президента: «война полностью зашла в тупик, доселе послушные губернаторы стали фрондировать, случился взрыв под Пушкинской, утонула подводная лодка, а в довершение всего любимец электората Доренко взбесился и здорово покусал». Вряд ли тут есть причинно-следственная связь (за исключением, разумеется, последнего случая), однако на размышления наводит, считает газета.

«Если такой человек, как Березовский, не просто бросает президента Путина, но и открыто бросает ему перчатку — не значит ли это, что феномен Путина кончился?»

Конечно, несмотря на все уловки (вроде передачи акций ОРТ творческой интеллигенции) Березовскому вряд ли удастся удержать контроль над первой кнопкой, считает газета: В конечном итоге государство все-таки съест первый канал: слишком много у него рычагов и дубинок — и на самого Березовского, и на «творческую интеллигенцию». Тем не менее, как считает Русская мысль, взбунтовавшийся олигарх «предельно затруднил Путину кампанию по захвату контроля над СМИ», открыв второй фронт и отвлекая президентские силы от борьбы с НТВ.

Впрочем, Березовский, как известно, человек неоднозначный, и какие цели он ставит — никому не дано угадать: есть опасения, что он попросту хочет «загнать Путина в темный угол, чтобы там вновь предложить ему свои услуги, от которых президент не сможет отказаться».

Если Путин, которого сделало президентом всенародное ожидание чуда, и который использует полученные им возможности для выстраивания собственной вертикали власти, завершит начатую им реформу, все ветви власти превратятся не более, чем в филиалы администрации президента, ее «приводные ремни», — утверждает Независимая газета.

Уже первые шаги путинской реформы заключаются в «ликвидации независимых от государства субъектов политической деятельности». Отныне, пишет НГ, «в России должен остаться только один субъект политики — государство (исполнительная власть). Все независимые финансово-политические группировки должны быть подчинены воле государства или подавлены».

Эту цель преследует реформа Совета Федерации. Госдума должна стать чисто декоративным органом, послушно принимающим все законопроекты, вносимые президентом. Если в ходе этих преобразований и сохранится институт выборов и многопартийная система, они будут носить чисто формальный характер. «Монополизировав электронные СМИ, распоряжаясь финансовыми ресурсами государства и крупнейших корпораций и контролируя работу избирательных комиссий, партия власти получает в свои руки механизм бесконечного переизбрания в Думу себя и своих союзников».

Газета предостерегает от «беспочвенных мечтаний» тех, кто считает, кто «укрепление властной вертикали», то есть концентрация власти в руках президента, необходима для успешного продолжения либеральных реформ. Для успешного развития частного предпринимательства нужно прежде всего равенство всех граждан перед законом, а вовсе не его диктатура (диктатура по определению есть власть, не ограниченная никакими законами». Скорее есть опасность, предсказывает НГ, что власть в ходе «наведения порядка», «выплеснет с водой и ребенка, то есть растопчет и позитивные результаты реформ». Известно, замечает газета, дорога куда может быть вымощена благими намерениями…

Вместе с тем попытки «наведения порядка», которые предпринимает власть не только тонут в море неожиданностей, преподносимых жизнью, но также откровенно игнорируются многое повидавшей за последние десятилетия российской элитой.

Известия, сообщая о том, что парламент Татарстана назначил выборы главы республики на 24 декабря, в то время как полномочия Минтимера Шаймиева истекают только в марте будущего года, называют этот ход «примитивной лазейкой», которая легко позволяет обойти конституционный запрет на третий губернаторский или президентский срок.

«Страшный Путин», пишет газета, запугал своими реформами все региональное начальство, и оно в ужасе отказывается от законного права даже на второй срок (так поступили уже пять губернаторов).

Но Шаймиев спокойно осуществляет свои планы остаться во главе Татарстана еще на пять лет. Более того, он «настолько уверен, что Москва молча проглотит его «третий срок» что даже не вернулся из турецкой Антальи, где проводит свой отпуск».

А если учесть, что президент Татарстана — неформальный лидер региональной элиты, «его поведение служит своеобразным сигналом всем уездным президентам и губернаторам — сохранить неограниченные полномочия можно и во время «диктатуры закона».

(Как отметила газета Ведомости, казанская история продемонстрировала, что «Кремлю сегодня по зубам только слабые губернаторы, утратившие контроль над собственными регионами» — такие, как глава Калининградской области Леонид Горбенко).

Что остается Путину? Лишь «указное право», да «устные договоренности». Однако «тертых региональных начальников» указами не проймешь. Что же касается личных договоренностей — «например, о том, что Кремль закроет глаза на «третий срок» в обмен на исход губернаторов и президентов из Совета Федерации», они выхолащивают самую суть путинской реформы — прекратить региональных лидеров в местных завхозов.

Постепенно критика действий президента становится в прессе все громче — в том числе и таких акций, которые явно замышлялись как демонстрация дружелюбия и демократических взглядов.

Неоднозначно было воспринято даже присутствие Владимира Путина на открытии Московского еврейского общинного центра в Марьиной роще.

Газета Время MN считает, что это исторические событие — во всяком случае, для России, «где антисемитизм в течение долгих лет являлся государственной политикой». Конечно, в последнее время многое стало меняться, «Борис Николаевич ездил в декоративную синагогу на Поклонную гору, а Юрий Михайлович посадил не одно дерево в честь братского еврейского народа, но все это было как-то предвыборно».

Теперь же Путин явно «хотел хорошего», и потому, довольно язвительно замечает газета, даже когда он заявил в своей речи о том, что Федерация еврейских общин России, созданная всего год назад (в отличие от «гусинского» конгресса русских общин»), уже доказала властям свою нужность и конструктивность, в том смысле, что «мы во властных структурах чувствуем ее влияние на себе», никто не рассмеялся».

Гораздо более определенно комментирует ситуацию Виталий Портников в газете Ведомости: «Президент Российской Федерации, благосклонно улыбающийся ребе Бен Лазару и другим видным представителям хасидской общины в Москве… Это событие могло бы стать историческим, если бы не было политическим».

Совсем недавно, пишет Виталий Портников, стало известно о встрече президента США с президентом Российского еврейского конгресса Владимиром Гусинским, во время которой Билл Клинтон напомнил «о больших заслугах президента РЕК в деле защиты прав российского еврейства».

РЕК, как и другие международные еврейские организации (за исключением хасидских) признает главным раввином России Адольфа Шаевича. Федерация еврейских общин России признает главным раввином Бен Лазара. Для евреев, пишет Портников, это не раскол, а «скорее один из общинных конфыдиктов». Но когда власть решается поддержать одну из соперничающих сторон, «она немедленно превращает должность главного раввина России в некий аналог иудейского патриарха». Кроме того, возникают толки о том, что на открытии синагоги в Марьиной роще Владимир Путин присутствовал «не из любви к евреям, а исключительно руководствуясь желанием ослабить позиции Владимира Гусинского». Нуждается ли президент России в подобной репутации? — спрашивают Ведомости. Вопрос, конечно, чисто риторический.

Еще более резко высказался на ту же тему в Еврейской газете Танкред Голенпольский, напомнивший, что посещению Путиным синагоги предшествовала попытка давления на главного раввина России Шаевича с рекомендацией добровольно покинуть пост, а также и «обещанием всевозможных благ, которые последуют за этим».

Таким образом, продолжает Голенпольский, «хотел того президент или нет, но в его лице государство нарушило Конституцию, вмешавшись в дела верующих. При всем всемогуществе президента все-таки не он назначает верховных иерархов, и не след ему содействовать расколу в среде одного из народов России, даже если ему не импонирует руководитель Российского еврейского конгресса, членом президиума которого является раввин Шаевич».

Подобную отповедь в печати, к тому же адресованную не безымянным «властям предержащим», а персонально Владимиру Путину, еще в начале лета трудно было себе представить.

Продолжил критику действий администрации Путина и Борис Березовский — на сей раз за океаном, во время поездки в США.

Хотя в графике Березовского значились в основном деловые мероприятия, сообщает газета Новые известия, участников встреч интересовала в первую очередь политика, и Борис Абрамович охотно удовлетворял их любопытство, в очередной раз формулируя «стратегические ошибки», совершенные российским президентом.

Первая из таких ошибок ведет свое начало из ельцинских времен — это Чечня. «Эту проблему военным путем не решить».

Вторая — «изменение структуры государственного устройства России и концентрация власти в руках одного человека — президента».

А третья, но не последняя по значению — тем более, с точки зрения самого Бориса Абрамовича — «противопоставление себя уже сложившимся в России политическим и экономическим элитам».

Добавляя сюда ставшее притчей во языцех отношение президента к СМИ, Березовский считает необходимым предупредить об угрозе авторитаризма в России: «У нас сейчас формально президент сконцентрировал всю политическую власть в своих руках, и власть у нас с человеком может сделать все, что угодно. Теперь же Путин хочет подчинить себе четвертую власть», что окончательно поставит крест на остатках демократических свобод.

Тем не менее Борис Абрамович верит в позитивную роль «конструктивной оппозиции» власти, цель которой — «не смещение президента Путина, а помощь власти в принятии решений путем предложения других вариантов».

(Березовский явно оправдывает опасения Русской мысли — он все еще надеется сделать власти предложения, от которых та не сможет отказаться).

Не только те, кто не согласен с действиями власти, но и сама власть должны признать возможность альтернативных решений: «И, главное, чтобы россияне поняли этот как можно быстрее».

Березовский не разделяет расхожего мнения о том, что рейтинг Путина вырос на Чечне: «Ведь что было раньше? Ниоткуда появился Кириенко, и через два месяца у него был высокий рейтинг. Так же было с Примаковым, потом со Степашиным. И ни у кого из них не было военной кампании в Чечне». Все дело, считает Борис Абрамович, в российской привычке любить власть — правда, сегодня он называет это «инерцией уважения к власти». Однако, замечает Березовский, прочного положения это не гарантирует: «Этот человек может так же быстро упасть, как и взлетел».

Сегодня Путина, заявил Борис Абрамович, не поддерживают «интеллектуальные круги страны и региональные элиты: «Он сам себя им противопоставил и совершил тем большую ошибку».

Вряд ли можно эффективно править страной, опираясь только на силовиков, подчеркивает Березовский: «Сегодня поддержка Путина в стране весьма эфемерна, и это главная опасность для него».

Растут сомнения в путинских возможностях и на Западе.

Как сообщает Новая газета, в сентябре в The Moscow Times появилась статья о фальсификациях результатов президентских выборов. Все факты, приведенные в этой статье, пишет Новая газета, были известны и ранее. Независимая пресса и оппозиция приводили факты массовых нарушений на выборах начиная со дня голосования. Однако Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе, в ведении которой было международное наблюдение на выборах, никак на эти сообщения не реагировала.

Не то сейчас: публикация в The Moscow Times была замечена, и радиостанция Немецкая волна даже заявила, что «западным политикам должно быть стыдно».

Новая газета уверена в том, что реанимация темы подтасовок на мартовских выборах стала возможна после катастрофы «Курска» и пожара в Останкино: Запад теперь смотрит на Россию несколько иначе, чем раньше. А главное, представители западных элит стали задумываться, верно ли они поступили, сделав ставку на Путина.

Причем, считает газета, дела не в авторитарных поползновениях президента — не в его давлении на прессу, бомбардировках Чечни и т.д. Проблема в преследующих его неудачах: «Среди представителей западного политического класса возникает ощущение, что вся эта история в России может плохо кончиться. И тогда придется держать ответ перед общественным мнением в собственной стране». Тем более, что в нынешнем глобализированном мире российские неприятности легко могут перекинуться и на благополучные западные страны.

Сам по себе демократизм российского президента не слишком интересует Запад, пишет газета. «История полна примерами того, как западные демократии поддерживали самые отвратительные авторитарные режимы, и на таком фоне Путин и его окружение выглядят не так уж плохо».

В конце концов, успешный авторитарный режим в нашей стране, считает газета, вполне устроил бы значительную часть западных политиков, хотя открыто говорить об этом не принято. «А вот провал авторитарного эксперимента не обрадует никого».

Крайне обидно отвечать за чужие неудачи и чужое вранье: «Поэтому чем больше будет проблем у Кремля, тем больше интереса на Западе к судьбам демократии в России».

Между тем и на Западе есть постоянные и традиционно резкие критики России, которые утверждают, что неудачи Путина лишь иллюстрируют давно уже высказанный тезис о том, что со страной ему не справиться.

К числу таких политиков относится знаменитый Збигнев Бжезинский, ныне советник вашингтонского Центра стратегических и международных исследований.

«Путин, — заявил Бжезинский в интервью Известиям, не в состоянии открыть перед Россией какой-то новый путь». Российский президент и его окружение представляют собой «типичный осколок советской эпохи», они снедаемы ностальгией по имперскому прошлому и не в состоянии адекватно оценить нынешнюю ситуацию.

«В России масса социальных проблем — огромное количество нищих, больных людей, которые голодают и потребляют зараженную воду, — говорит Бжезинский. — А в это время их лидеры мечтают о том, чтобы их страна была мировой державой… Россия даже не выходит в десятку наиболее развитых государств, ее экономика вдвое меньше индийской — о каких амбициях можно говорить?»

Все эти вопросы и связанные с ними проблемы, разумеется, были известны Владимиру Путину задолго до того, как он принял «президентское предложение» Бориса Ельцина. Однако наступает время, когда уходить от ответов становится все сложнее — даже человеку, хорошо знакомому с философией дзюдо, которая, как любит разъяснять пресса, учит использовать в поединке главным образом напор противника.

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ