Сюжет недели: сто дней президентства Владимира Путина на фоне теракта на Пушкинской площади

0
21

Президент взял тайм-аут, сообщила в начале недели газета Ведомости: «В полном соответствии с традициями российской политической и бизнес-элиты Владимир Путин ушел в августовский отпуск».

Обозначилось окончание важного этапа «жизни после Ельцина»: 100 дней нового президентства (и год пребывания Путина на вершине власти). Пресса выдала приличный аналитический залп — однако всю неделю страшные снимки с Пушкинской площади вытесняли политическую аналитику с первых полос.

Удивительно, практически ни у кого (по крайней мере, в первые дни) не возникло желания поставить теракт в политической контекст текущих событий.

Как заметили Ведомости, когда речь заходила о теракте, «аналитики молчали, работали репортеры». Репортажи с места происшествия, из института Склифосовского, версии причин теракта с последующим опровержением, сообщение о том, что арестованы два кавказца-торговца рыбой, затем информация об их освобождении, фотороботы предполагаемых преступников и рассуждения о том, что люди со столь зловещей внешностью при нынешнем антикавказском усердии московской милиции просто не имели шансов пронести взрывчатку в центр города …

Лишь газета Сегодня констатировала, что «в число жертв взрыва на Пушкинской площади попала и большая политика». Не упоминая, впрочем, имени Путина, газета позволила себе заметить, что «сильная рука», на укрепление которой сейчас брошены столь значительные силы и средства, похоже, занята не тем: «Железная клетка для терроризма», о которой год назад, после взрывов в Москве так много говорили власти, осталась не выкована». Граждане обнаружили, что они полностью беззащитны перед агрессией, в то время, как «лучшие кремлевские мозги», а также и «сильные руки» заняты переделом собственности, борьбой с губернаторами, олигархами, обустройством новой вертикали власти, укрощением СМИ и другими неотложными делами. Неудивительно, что специалисты из института им. Сербского, как сообщает газета, прогнозируют новую, еще более мощную, чем прошлогодняя, «всероссийскую волну страха».

Газете Сегодня возразили Известия, заметившие, что «в борьбе с террором стопроцентных гарантий не дает ни одна спецслужба» и что террористов можно извести, если действовать «без истерики и с помощью неуклонно повышающих бдительность граждан».

Судя по всему, в очередной раз предлагается бессмертный рецепт: «Спасение топающих есть дело рук самих утопающих».

Впрочем, газеты дружно процитировали президента: «Ответ на это преступление будет адекватным», отметив, правда, его излишний лаконизм.

Все это дало повод газете Ведомости после сопоставления трактовки московских событий в российской и западной прессе заметить: «Такое ощущение, что взрыв на Пушкинской площади развел нас по разные стороны баррикад».

Ведомости приводят заголовки из влиятельных западных газет: «Кровавая годовщина» (The Tims), «Разоблаченный демагог» (Der Standart) и т.д. Конечно, как считает The Tims, одна бомба не разрушит надежд, появившихся за последний год: «Но в нестабильном российском государстве от этого взрыва на Путина повеяло могильным холодом». Приведя эту фразу, Ведомости, с сожалением замечают: «Еще год назад мы могли позволить себе сказать публично практически все, что думаем и о ситуации в стране, и о президенте, и уж тем более о Путине».

(На этой неделе Коммерсантъ напомнил некоторые наиболее характерные высказывания прессы годичной давности. Литературная газета: «Докатились: президент демократической России назвал своим преемником действующего руководителя ФСБ… Иначе как пощечиной общественному мнению этот знаковый жест Бориса Ельцина квалифицировать нельзя…» Общая газета: «Вне каких-либо норм даже собственной авторитарной конституции — официально, в обращении к нации, объявлен преемник. Тем самым явочным порядком фактически введен институт престолонаследия…» Московские новости: «Возможно, предположение, что Путин может быть избран российским президентом, — одна из самых экстравагантных политических фантазий Ельцина…»)

Иное дело теперь, продолжают Ведомости: «Никто ни у кого никаких свобод вроде как и не отбирал, а посмотришь в нашу газету и в «ихнюю», в «забугорную», и как-то сразу вспомнишь вроде как хорошо забытое: «Два мира — два Шапиро».

Похоже, что Россия стремительно превращается «в остров, в коралловый риф, одиноко торчащий в мировом информационном пространстве», — заключает газета

Между тем Литературная газета не видит в склонности журналистов и представителей политической элиты к фигурам умолчания ничего странного. Не у всех, поясняет газета, имеется столь мощная информационная поддержка, как у владельца «Медиа-Моста» Владимира Гусинского. А потому отнюдь не все решаются вслух сожалеть о том, что помогали Борису Ельцину во время его вторых президентских выборов («Знать бы, кого он сделает преемником, лучше бы поддержали Зюганова»).

Литературка предпринимает небольшой экскурс в прошлое, напоминая своим читателям, как менялось в России на протяжении последних десяти лет представление о том, «кто похож на президента».

Вначале, пишет политический обозреватель газеты Александр Ципко, многие были убеждены, что страну должен возглавить один из моральных лидеров — например, Солженицын или Сахаров (что предполагало, надо сказать, два диаметрально противоположных пути развития).

Затем пришел черед «крепких хозяйственников» — таких, например, как Черномырдин или Лужков.

А после финансового шока августа 1998 года настало время осторожного Евгения Примакова, сумевшего стабилизировать ситуацию в стране.

Сегодня же бывшие претенденты на президентский пост воспринимают произошедшую год назад смену власти как невероятную несправедливость: «Лебедь до сих пор в шоке. Когда он говорит о Путине и его реформах, лицо генерала ВДВ просто багровеет. Николай Федоров вот уже два месяца изо всех сил старается показать, что он умнее и мудрее нового президента, лучше него знает Конституцию и понимает природу многонациональной России. У Зюганова при упоминании Путина на лице появляется такая же маска многозначительного умолчания, как у его бывшего «заклятого врага» Игоря Малашенко. Раздражение неизвестно откуда взявшимся Путиным уже давно породнило руководство КПРФ с руководством НТВ».

Между тем, как теперь считает Ципко, появление Путина было закономерным: » После Ельцина в силу природы его режима обязательно должен был прийти к власти выходец из силовых структур» — и для того, чтобы удержать власть, и для того, чтобы сохранить страну.

Путин в этом плане никого не хуже, считает обозреватель Литературки: «Он по крайней мере к своему восхождению во власть относился с юмором». И вообще, подводит итог Александр Ципко, на появление великих людей во власти рассчитывать не стоит: «Президенты — такие же люди, как мы, люди, которые делают свою работу. Будет очень хорошо, если Путин будет делать свою работу честно и добросовестно. Надеюсь, что он до конца президентства сохранит не только свою энергичность, но и чувство юмора».

Новая газета также признает появление Владимира Путина во власти закономерным. По мнению газеты, ситуация объясняется наличием у россиян синдрома национального унижения, более сильного даже, чем в свое время в веймарской Германии, «поскольку речь идет о… крахе сверхдержавы». Мечты о наведении элементарного порядка в стране создали в стране атмосферу ожидания «своего Бонапарта», спасителя Отечества.

Между тем, замечает газета, наполеоны бывают разные. Был Наполеон Великий, Наполеон Первый — на него Путин никак не тянет: «Под пулями врага в атаку не ходил, полководческим талантом не отличается, литературным тоже».

Уместно скорее проводить аналогии с правлением Наполеона Третьего — Малого. Подобно ему Путин начал колониальную войну, разделил страну на семь административных округов (Наполеон Третий разделил в свое время Францию на пять генерал-губернаторств), решил завести Госсовет — все как во времена Директории во Франции.

За Путиным, по мнению Новой газеты, стоит новый правящий класс России — «бюрократ-буржуазия», типичная элита колониального государства, где вначале появились колониальные чиновники («В нашем случае — советская номенклатура», — поясняет газета), а затем, приватизировав все, до чего дотянулись руки, эти чиновники стали буржуазией.

Причем еще недавно самые сильные позиции, продолжает газета, были у компрадорских кланов, получающих прибыль от экспорта на Запад российских природных ресурсов. Однако недавние скандалы с отмыванием российских денег на Западе, колебания цен на нефть заставили компрадоров почувствовать шаткость их положения.

Поэтому новый правящий класс России «рассчитывает, что «русский Бонапарт» Путин сможет накинуть узду на наемных работников и, если надо, подавить их протесты, с одной стороны и обеспечить экономический рост — с другой».

Что ж, подводит итог газета, при Наполеоне Третьем экономика Франции бурно развивалась, однако не стоит забывать: «Кончилось все это Седаном и Парижской коммуной».

Еженедельник Век предлагает совершенно иной подход к ситуации. По его мнению, главное в нынешнем российском президенте то, что он закрыт для понимания политиков и политологов. И с этим следует смириться.

Путин — бывший офицер Первого главного управления КГБ, человек, чья профессия — «игра умов» (выражение знаменитого британского разведчика Питера Черчилля). Его оружие — интеллект, но также и умение быть закрытым от всех — в том числе и от коллег, «потому что интрига в этой службе была на такой высоте, что знаменитый интриган Борис Абрамович Березовский — мальчик в сравнении с любым офицером ПГУ,

дослужившимся до капитана» (Путин, как известно, подполковник).

Те, кто решил сделать из незаметного чекиста преемника Ельцина, попросту не сумели его правильно оценить, — считает Век. О том, каковы планы Путина, Век говорит осторожно, но все же высказывает предположение, что его конечная цель — «демократическое, правовое государство», на пути к которому неизбежен «этап авторитаризма».

Для того, чтобы правильно оценить все предостережения на этот счет, Век предлагает своим читателям определиться по отношению к понятиям «мы» и «они»: «Мы — это те, кому уже лет десять фактически нечего терять… а также те, кому нечего бояться российского законодательства, они — все остальные».

Еженедельник высказывает уверенность, что Путина в его планах поддержат все, кто «ненавидит ельцинский режим и персонально тех, кто правил бал при Ельцине». Таких много, пишет Век, «и, чтобы купить хотя бы треть, не хватит денег у всех олигархов, вместе взятых».

К тому же в случае необходимости легко можно «подбросить» рейтинг президента до 70-ти процентов: «Достаточно отдать под суд, к примеру, одного лишь Березовского. А помимо Березовского есть еще немало «народных любимцев».

И потому пойти на серьезную конфронтацию с Путиным могут «только либо очень смелые авантюристы, либо люди, окончательно потерявшие связь с реальностью». Тем более, что истинных намерений президента, по убеждению Века, по-прежнему не знает никто.

По мнению Общей газеты, представителей российской элиты можно разделить на три категории в зависимости от их реакции на перспективы «нового порядка»: одни «прямо и без затей» записываются в слуги к новому хозяину (как, например, «Единство»), другие пытаются сохранить лицо. Это, в общем, нетрудно, отмечает ОГ, — надо только переключить внимание с ограничения свободы на другие аспекты деятельности власти (например, на борьбу с произволом губернаторов, разворовыванием олигархами национальных богатств и т.д.) «Такая реакция очень распространена, и в разных сборищах в поддержку Путина можно было увидеть поразительно приличных людей».

Есть и третья реакция: когда, защищая себя, люди апеллируют к интересам общенациональным: «Ведь нельзя серьезно бороться, не обращаясь к народу, но смешно обращаться к народу с жалобами на то, что у тебя отнимают богатство». Следует убедить себя и других, что речь идет о судьбе демократии, будущее страны и т.д.

Разумеется, пишет Общая газета, Гусинский и другие защищают свой бизнес. «Но они защищают и большее — свое человеческое достоинство, свои права, справедливость, свободу слова». Даже «фронду Березовского» газета относит к этому же типу реакции.

Что же касается перспектив появления осмысленной, консолидированной оппозиции властям, ее появление, утверждает Общая газета, возможно лишь при достижении строго определенного уровня страха, порождаемого президентским авторитаризмом.

Если такого страха нет вообще (как не было при Ельцине), у элиты нет стимула к размышлениям об ограничении самовластия правителя.

Если страх станет слишком сильным, элита «начнет думать только об индивидуальном выживании, все станут в панике давить и продавать друг друга».

Вот почему страх должен быть средним — не большим и не маленьким.

С точки зрения газеты, сейчас в России достигнут именно такой уровень страха: построение в нашей стране режима образца северокорейского маловероятно. Да и возможности Путина, как считает ОГ, ограничены: «Вряд ли кто верит, что он хочет национализировать весь крупный бизнес, пересажать всех губернаторов и олигархов». Путин, по мнению газеты, конечно, способен вызвать страх, «но все же не панический и не парализующий».

И потому, если шок, который переживает сейчас элита, станет толчком для начала ее трансформации «из лишенной чувства ответственности массы хапающих индивидов в элиту, стабильность и гарантированность положения которой обеспечивается ее способностью к самоограничению и способностью думать не только о себе, значит, Путин выполнит объективно благую миссию».

Газета Время новостей считает, что проблема элиты — едва ли не единственная, которую Путин сумел решить за год своего пребывания на властном Олимпе. Причем произошла она сравнительно бескровно — без громких увольнений. Был избран другой, значительно более эффектный метод: вместо прежних органов власти решено было создать новые.

Например, в дополнение к 89-ти субъектам федерации с их губернаторами и президентами созданы федеральные округа с президентскими наместниками. Моментально, пишет газета, начался процесс перетекания местной элиты из губернаторских структур в полпредские.

«То есть на старую, разболтанную систему надевается новый каркас», — пишет газета. И потому увольнение губернаторов из Совета Федерации, а также и лишение их экономической самостоятельности вследствие принятия нового Налогового кодекса следует рассматривать как «логическое достраивание нового властного каркаса». Дума, отмечает Время новостей, превращена в машину для законодательного оформления спущенных сверху решений. Сугубо утилитарные функции будет выполнять и новый Совет Федерации. «На этом парламентская и по большому счету публичная политика закончилась», — пишет газета. — Люди, сделавшие себе имя речами с трибун, — от Зюганова и Жириновского до Владимира Рыжкова и Явлинского — чувствуют себя просто потерянными».

Тем не менее «разравнивание политического ландшафта» будет продолжено: Кремль намерен провести еще закон о политических партиях, который позволит сократить число участников выборов до минимума, а следовательно, сделать работу Госдумы еще более управляемой.

Еще проще оказалось, по мнению газеты, справиться с олигархами: «Трехдневка в Бутырке для одного, несколько уголовно-налоговых дел на других, и всесильные еще вчера капиталисты рады-радехоньки созданному для них органу — Совету по предпринимательству во главе с премьером». Почему же все произошло так просто и стремительно? «Возможно, — комментирует газета, — это случилось потому, что ельцинское царство оказалось миражом: с дутой экономикой, дутой элитой, дутым бизнесом… Ельцин, как пушкинский Командор, утащил за собой всех своих партнеров: и друзей, и врагов».

Впрочем, такая же смена элиты имела место и в те времена, когда Ельцин сменил Горбачева. «Если Путин в отведенные ему сроки не сумеет сделать ничего, кроме смены лиц и декораций, история повторится вновь. И его царство растает как мираж», — предостерегает Время новостей.

За сто дней своего президентства Путин, пишет Независимая газета, «камня на камне не оставил от той политики, которую во второй президентский срок проводили Борис Ельцин и его окружение». Преемственность ограничилась отсутствием громких увольнений. В остальном Путин — «скорее противоположность Ельцину, чем его последователь».

Ельцин подарил регионам столько суверенитета, сколько те оказались в состоянии переварить. Путин начал федеральную реформу с введения института полпредов — координаторов работы региональных лидеров и закончил 100 дней проектом бюджета, в котором налоги перераспределяются в пользу Центра в соотношении 70:30.

Достигнута ясность в отношениях с олигархами: «дожимать» их Путин не стал, отмечает НГ, но припугнуть сумел: «По крайней мере, большинство из них более предпочитают не называть себя олигархами и обещают власти быть скромнее».

Отличает Путина от прежнего президента и манера общения с политиками: если к Ельцину имели доступ считанные персонажи российской политической сцены, то при Путине Кремль превратился в настоящий «Дворец Советов». У президента не побывал только ленивый, а лидеры думских фракций «буквально прописались на Красной площади», — с некоторой завистью пишет газета Березовского.

Но тут же добавляет: все это, впрочем, совершенно не означает, что все полученные советы будут президентом учтены. Скорее всего, все эти ритуальные обсуждения (вплоть до встречи с представителями леворадикальной оппозиции, редакторами газет «Завтра»и «Советская Россия» Александром Прохановым и Валентином Чикиным) — всего лишь «дань уважения противнику».

Президент, по мнению НГ, действует по единому сценарию: «вежливо слушает всех, заранее зная, какое решение будет принято».

Того, что произошло за эти сто дней, вполне хватило бы на целый президентский срок, пишет Независимая газета.

«Цели реформ, которые ставит перед собой власть, — нормальные и даже благородные. Гарантий, что избранные методы единственно верные и что в процессе осуществления реформ, эти цели не видоизменятся, никаких». Пока, отмечает газета, все, что делает Путин, судя по его рейтингам, безоговорочно принимается населением: «Может, потому, что новый президент просто другой». Однако итог правления ВВП — как водится — будет определять не что иное, как «одноименный экономический показатель».

В другой публикации Независимая газета пытается найти объяснение полному отсутствию общественного интереса к идее создания антиавторитарного политического движения (с довольно претенциозным названием «Цивилизация»).

Газету не удивляет, что Геннадий Зюганов и Ирина Хакамада в один голос назвали «затею Березовского» несерьезной: «Таким образом они просто ответили Борису Березовскому на его политический выпад в их адрес». Обидным показалось, когда замруководителя фракции ОВР Вячеслав Володин заявил, что инициатива БАБа — не более, чем «новый тактический ход олигарха, катастрофически теряющего свои политические позиции». Скептически оценили новую идею Березовского и политологи. Газета приводит слова Андрея Пионтковского, который считает, что в полемике Березовского с Кремлем «чувствуется раздражение и обида», и что «предприниматель» (не олигарх!) на самом деле вовсе не стремится порвать с Путиным. Напротив, его цель — доказать президенту свою способность быть полезным.

Собственно, газета здесь же подтверждает верность этой точки зрения, подчеркивая, что несмотря на все свои резкие формулировки, БАБ «отнюдь не намерен сжигать все мосты, связывающие его с Кремлем», что его критика в адрес власти «отнюдь не деструктивна и не огульна, как это было еще совсем недавно, когда Березовский сражался с Евгением Примаковым…» Борис Абрамович не забывает постоянно подчеркивать, что «Путин — разумные и глубоко порядочный человек», плохи лишь его советники.

Березовский, акцентирует газета, ни в коем случае не пугает Путина оппозицией, а предлагает ему сотрудничество: «Мы не собираемся разрушать власть, мы собираемся укреплять власть, и я уверен, что Путин отчетливо понимает, что такая оппозиция ему нужна».

Однако пока ни Путин, ни российские политики и интеллектуалы ничем этого понимания не проявили.

Возможно, дело еще в том, что Березовский, как написала газета Известия, «оказался бумажным хлопком в сравнении с тем, как «прозвучала» Пушкинская площадь». «Политическая бомба», взрыв которой был назначен на 8-е августа, никого в этот день не могла заинтересовать.

Впрочем, и в последующие дни попытка хозяина ОРТ подхватить «выпавшее из рук Гусинского знамя борьбы за свободу слова» вызвала у представителей политического бомонда не более, чем злорадное любопытство.

Ведь Березовский, пишут Известия, — «тот, кто прекратил тележурналистику в спецназ — доренковское творчество… Тот, кто сделал столь значительный вклад в строительство коррумпированного государства, неправового телевидения». И он еще удивляется отсутствию последователей, пишут Известия: «Наверное, думает: из страха перед властью. Не понимает: из нежелания быть смешным».

Между тем сообщение об отпуске Владимира Путина газета Ведомости печатает с подзаголовком «Через неделю — снова в бой».

Президентский отпуск короток, главные направления предстоящего «осеннего марафона» определены заранее: продолжение административной реформы, дальнейшее приведение региональных законов в соответствие с федеральными (в частности, предусмотрено создание единого государственного регистра для всех нормативных актов), формирование Госсовета, принципы которого все еще не определены, принятие закона о политических партиях.

А также — «упорядочение информационного поля»: как утверждает газета, государство намерено сменить собственников на НТВ и ОРТ и контролировать четвертую кнопку через «Газпром», а первую — напрямую. Известия приводят слова неназванного сотрудника президентской администрации: «Мы хотим, чтобы Березовского и Гусинского не было на политическом поле… Думаю, осенью эта задача будет решаться».

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ