Генуэзские переговоры Путина и БУША по НПРО усилили противоречия в российском обществе

0
30

По сей день итоги переговоров российского и американского президентов 22 июля в Генуе являются предметом острых дискуссий не только в российском обществе, но и среди мировых политиков и журналистов. Как известно, Джордж Буш и Владимир Путин выступили с совместным заявлением о том, что они будут решать проблемы наступательных и оборонительных стратегических вооружений в комплексе. Как сказали президенты, они договорились о принципиальной нацеленности на глубокие сокращения СНВ. Однако количественные параметры сокращения еще предстоит уточнить на уровне экспертов. При этом Владимир Путин указал, что в Любляне была достигнута договоренность о создании рабочих групп по стратегической стабильности, а сейчас, в Генуе, президенты обсудили конкретные вопросы, связанные с формированием рабочих групп из представителей внешнеполитических ведомств и министерств обороны. Достижения договоренности о комплексном рассмотрении вопросов наступательных и оборонительных вооружений Президент РФ Владимир Путин назвал «неожиданным и для меня, и для президента Буша». Глава российского государства сообщил, что передал своему американскому коллеге предложения о запуске консультативного процесса по стратегической стабильности в целом. Владимир Путин выразил надежду, что в ближайшее время эксперты достигнут прогресса на этом направлении.

О чем конкретно договорились президенты, как видно из их пресс-конференции, сказать трудновато, однако их миролюбивый тон и подчеркнутая лояльность друг другу дали основание некоторым наблюдателям сделать вывод, что США и РФ сблизили свои позиции в отношении судьбы создаваемой Вашингтоном системы НПРО. А ряд газет («Коммерсант» и «Независимая газета») стали утверждать, что Россия дала согласие на выход из Договора по ПРО от 1972 года и пойдет на уступки американцам.

Уже на следующий день Владимир Путин на встрече с членами правительства опроверг измышления журналистов. Он сказал, что Россия в Генуе вновь подтвердила свою приверженность Договору о противоракетной обороне от 1972 года, этот договор российская сторона считает краеугольным камнем безопасности. По словам президента, с американским лидером Джорджем Бушем они обсуждали проблемы стратегической стабильности и мировой архитектуры безопасности в ХХI веке. «Принципиального прорыва, конечно, нет», — заявил Владимир Путин. Между тем, по его словам, наметилось «существенное движение вперед».

В связи с этим президент отметил два принципиальных момента. Во-первых, Россия заинтересована и может сделать существенные шаги по сокращению наступательных вооружений. Во-вторых, принято решение рассматривать противоракетные оборонные системы и наступательные вооружения в комплексе. По словам Владимира Путина, это необходимо делать потому, что один блок вооружений связан с другим.

В словах президента не приходится сомневаться, однако, обращает на себя внимание то обстоятельство, что два принципиальных момента, о которых сказал Путин, не новы для российской международной политики.

И на этот момент, комментируя генуэзскую встречу, уже обратили внимание ряд политиков и наблюдателей. Скажем, по словам министра иностранных дел Игоря Иванова, в ходе встреч Владимира Путина с Джорджем Бушем вопросы стратегической стабильности заняли важное место. «То, что оба президента приняли Совместное заявление по этим вопросам, конечно, имеет принципиальное значение. Важно, что в этом Совместном заявлении зафиксирована договоренность двух президентов в ближайшее время начать интенсивные консультации по взаимосвязанным вопросам наступательных и оборонительных систем. Это, конечно же, принципиально важно. Это наша позиция. Эту позицию мы неоднократно излагали раньше», — сказал Игорь Иванов. Он напомнил, что президент России излагал такую позицию в своем программном выступлении еще 13 ноября 2000 года.

Подобным же образом оценил договоренности о комплексном решении оборонительных и наступательных проблем и лидер движения «Духовное наследие» Алексей Подберезкин. Он сказал, что «Коммерсант» неверно оценивает позицию России по ПРО в Генуе: «Для меня как для специалиста по этой тематике ясно, что Путин подтвердил старую, еще советскую идею о взаимодействии наступательного и оборонительного вооружения. Я никакого отступления с наших позиции не увидел».

Еще на переговорах с Биллом Клинтоном российская сторона неоднократно заявляла, что она готова к сокращению стратегических наступательных вооружений гораздо ниже того уровня, который зафиксирован в договоре СНВ-2, то есть меньше чем 3500 ядерных боеголовок. США, соглашаясь в принципе с сокращениями СНВ, не хотели доводить уровень боеголовок до 1500 единиц с каждой стороны. Именно эту цифру российская сторона предлагала внести в проект Договора СНВ-3, о котором в последнее время стали забывать. И забывать не по вине России. США до сих пор не ратифицировали Договор СНВ-2, а их намерения развернуть свою НПРО, конечно же поставило под вопрос все ранее достигнутые договоренности по ограничению стратегических наступательных вооружений. В конечном счете не от хорошей же жизни накануне генуэзской встречи Владимир Путин говорил о возможной замене моноблочных боеголовок на российских межконтинентальных баллистических ракетах (МБР) на разделяющиеся головные части.

Позже в Генуе он уточнил, что вел речь об этом исключительно как о возможном варианте ответа Москвы на односторонний выход США из Договора по ПРО. Россия, по словам Владимира Путина, надеется, что ей удастся договориться с США по вопросам стратегической стабильности и в этом случае ей уже не придется отвечать на какие-то односторонние шаги Вашингтона ввиду их отсутствия.

Таким образом, логика России на переговорах с США по вопросам стратегической стабильности выглядит следующим образом. Во-первых, Москва хочет добиться подписания с Вашингтоном нового Договора СНВ-3, где уровень боеголовок может быть зафиксирован до 1500 ед. с каждой стороны. Это во многом удешевляет для РФ вопросы обеспечения своей безопасности, а также дает хороший импульс для аналогичных действий со стороны третьих стран, также обремененных ядерным оружием (Франции, Великобритании, Китая). Во-вторых, процесс связанный с обсуждением проекта Договора СНВ-3, видимо, будет увязан с вопросами Договора по ПРО от 1972 г. Только в этом видится логика предложений, сделанных Путиным в Генуе.

Однако именно здесь и возникают у наблюдателей вопросы. Будет ли модифицирован (и на сколько) договор по ПРО от 1972 г.? Не уменьшит ли свою безопасность РФ, сокращая в дальнейшем свой ядерный арсенал? Как отреагирует Москва, если СНВ будут сокращены, а США все-таки выйдут из Договора по ПРО?

У России, очевидно, есть свои заготовки. И на это уже указал Путин в Генуе. Отвечая на вопрос, будет ли увеличено количество ракет в ответ на развертывание США своих НПРО, президент РФ ответил: «Я не говорил об увеличении количества российских ракет». Заметив при этом, что на эти ракеты будут навешиваться разделяющиеся головные части, чего так боятся в Вашингтоне, и что может вскрыть любую самую совершенную противоракетную оборону.

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ