Федеральные выборы в центральных СМИ

0
31

«Прием окончен», — возвестила в понедельник газета Время MN. До 18-ти часов 13-го февраля успели сдать необходимые документы 15 претендентов на президентский пост. Еще 8 дней ЦИК будет проверять подписные листы и достоверность сведений об имущественном положении кандидатов, и лишь затем станет известно окончательное число участников предвыборного марафона.

Впрочем, как отметила газета Сегодня, абсолютно ясно, что «из разношерстного списка претендентов» далеко не все способны составить хотя бы минимальную конкуренцию основному кандидату на президентский пост Владимиру Путину.

«Да и не все кандидаты действительно стремятся занять президентское кресло. Кому-то просто достаточно прикрыться неприкосновенностью личности на пару месяцев предвыборной агитации. Для иных участие в гонке — весомый аргумент для раскрута в качестве политика или бизнесмена…» и т.д. Таким образом, с точки зрения газеты, несмотря на довольно длинный список соискателей, победа Путина в первом же туре предопределена: «Так что замысел Бориса Ельцина в отношении преемственности сбывается».

В связи с этим директор Всероссийского центра изучения общественного мнения Юрий Левада в обширнейшей публикации в ежемесячном приложении к Независимой газете НГ-сценарии задается вопросом: что, собственно, ожидает нас 26 марта?

«Впервые за последнее десятилетие, — пишет Ю.Левада, — мы сталкиваемся с ситуацией выборов президента страны, которые фактически являются безальтернативными… Не имеет никакого значения, будут ли в избирательном бюллетене 5 или 15 фамилий и каких именно — при нынешнем соотношении сил и симпатий населения альтернативы Путину не видно. Это значит, что мы получаем не выборы, а плебисцит, т.е. всенародное голосование в поддержку заранее определенного и единственно возможного победителя».

Подходящая кандидатура была выбрана втайне от общества и помимо него, «где-то в коридорах власти», причем общественное мнение нисколько не возражает против такого положения дел. В стране возникает ситуация «тоталитарного восточного единодушия».

Таким образом, нельзя не признать, констатирует директор ВЦИОМ, что «после десятилетия политических перепалок российское общество оказалось не готовым к публичной, открытой политике». В этой ситуации не приходится удивляться тому, что «лавры фаворита достаются прежде всего человеку закрытому, «подпольному», — словом, такому, который уже избран».

Мысль о том, что причину необыкновенной популярности и.о. президента следует искать не в личности Владимира Путина, а в некоторых особенностях российского общества, поддерживает и газета Известия. «Российское сознание любит или ненавидит начальников, но никогда не воспринимает их нормально — как функцию», — пишет газета. Российские избиратели постоянно забывают, что президента они не только избирают, но и нанимают для выполнения определенных обязанностей за определенную плату. Сегодня говорить об этом не приходится: как обычно, «мы путаем власть и семью, политику и секс, разум и страсть. Мы относимся к правительству как к жениху». В результате «России в очередной раз грозит культ личности, и связан он прежде всего с обезличенностью народных масс, с массовой безответственностью людей».

Между тем далеко не все издания разделяют мнение об абсолютной предопределенности выбора 26 марта.

Журнал Новое время в одной из статей об истории с корреспондентом Свободы Андреем Бабицким называет готовность общества подерживать власть и в таких ее действиях «стокгольмским синдромом»: «Синдром заложника, чьей жизнью могут распорядиться как угодно: схватить, посадить, избить, убить, обменять. Если так можно с Бабицким, значит, можно с любым».

Новое время отвергает мысль о том, что в истории с Бабицким «наследника вновь подставили» и что «кронпринца надо спасать»: «Путина не надо спасать, Кого-нибудь другого попробуйте. Бабицкого, например. Себя, что ли».

Журнал уверен, что «избиение демократии начинается с журналистики» и что оно вполне закономерно связано с Чечней: «Уродливая, яростная, полубандитская чеченская свобода, добиваемая в эти дни, становится диковатым символом растаптываемой нашей свободы… Однако тот строй, что идет на смену криминальной нашей вольнице, степенью государственного бандитизма по давней традиции превзойдет любого Хоттаба».

Поэтому Новое время призывает избирателей опомниться: «Президентские выборы еще не завтра. У нас есть полтора месяца, имеются честный, хотя и невезучий Явлинский, жизнерадостный Титов… Любая жизнь лучше небытия. Любая свобода лучше того фильтропункта, куда кремлевские технологи загоняют большую страну. Любая нищета лучше зоны, откуда дай Бог выбраться Андрею Бабицкому».

Новые известия, подчеркивая, что «спасение жизни Андрея Бабицкого будет оставаться главным вопросом в этой истории до того часа, когда он живой и невредимый вернется домой», тем не менее признает, что рядом с вопросом о судьбе журналиста возник другой самостоятельный вопрос: «В каком государстве мы живем?»

При вполне современной законодательной базе правоприменение и особенно «правосознание государственных чиновников» производят самое тяжелое впечатление, пишет газета. «Власть имущим пора бы понять, что грубый действия нижних чинов — пустяк по своему разрушительному воздействию на имидж власти по сравнению с последующими «разъяснениями» чинов высших… Эти разъяснения заставляют каждого гражданина опасаться не только за судьбу Бабицкого, но и за свою собственную».

Газета же Сегодня прямо пишет, что судьба Бабицкого стала важным политическим фактором: «Чем дольше продолжается молчание журналиста, тем популярнее становится сам Бабицкий и тем большему риску подвергается рейтинг главного кандидата на президентский пост. Взявшего, как известно, «дело Бабицкого» под личный контроль».

Между тем с точки зрения Независимой газеты — издания, достаточно часто отражающего мнение упомянутых выше «кремлевских технологов», -история с Бабицким — проявление слабости нынешней власти, и прежде всего — и.о. президента: «Наверху испугались правды. Значит, хорошо прочувствовали шаткость и былых чеченских успехов, да и вообще опасность, исходящую от независимых СМИ».

Хотя НГ с иронией относится к «плачу Валерии Новодворской» на тему «скоро опять всех посодют», однако также считает, что дело Бабицкого дает повод для печальных размышлений: «В прошлую войну Елену Масюк никто за шиворот (кроме самих чеченцев) не хватал. А ведь это тоже сделал Путин».

Независимая газета президентский рейтинг Путина признает «высоким, даже очень высоким», но не устойчивым, способным «легко пойти вниз». Поэтому не стоит относиться к Путину «как к неизбежному президенту» — не следует забывать, что мы живем «в абсолютно непредсказуемой стране». Правда, НГ признает, что «Путина и компания… замочили всех потенциальных конкурентов», а отсутствие конкуренции опасно, поскольку «может привести к безнаказанности даже сравнительно интеллигентно смотрящегося на экранах крмлевского кандидата». Поэтому «для поддержания «политическо-спортивной формы» и.о. президента нужен хороший конкурент. И не исключено, что Кремль уже ведет поиски такого конкурента, чтобы «не делать из выборов плебисцит».

Между тем, по сведениям газеты Сегодня, в Кремле наступило глубокое разочарование выбором в качестве преемника «выходца из спецслужб, который действует достаточно прямолинейно и все реже прислушивается к ценным советам». Главный вопрос, на который сегодня пытается ответить кремлевская администрация, в основе состоящая из «ельцинских кадров», — «удастся ли руководить Путиным, как это было при Ельцине?» Повод для сомнений есть: высказывания и.о. президента о том, что власть «расхлябана», что «диктатуры закона» в стране не существует и т.д. наводят кремлевских обителей на грустные мысли. «Если внимательно проанализировать последние высказывания ВВП, то общий смысл их сводится к простому выводу: все, что было до меня, иначе как разрушением государственности назвать невозможно», — пишет газета.

В другой публикации Сегодня называет Путина представителем «новой генерации ельцинских выдвиженцев», которых отличает «исполнительность, высокая работоспособность, мертвая хватка, жесткость, отсутствие каких-либо идеологических установок…» В этом ряду, помимо Путина, Сегодня называет еще Шойгу и Аксененко. «Возвышение чиновников второго плана стало возможно благодаря политике Бориса Ельцина, «выбравшего» весь запас политических звезд… Идет радикальный процесс смены правящей элиты. Старая элита это поняла и, возможно, еще взбрыкнет напоследок. Но процесс, как говорится, пошел».

«Смена короля — большая человеческая драма для свиты, — пишет Общая газета. — Из людей, делавших политику при Ельцине и по наследству доставшихся преемнику, никто не уверен в своем карьерном будущем после 26 марта, хотя и никто не может упрекнуть Путина в черной неблагодарности». Аппаратчики считают, что и.о. президента «подвесил» кадровый вопрос и ждут выборов в надежде, что своих людей новому президенту не хватит, придется воспользоваться и «теми, кого взрастил Борис Николаевич».

Пресса продолжает обсуждать сегодняшние действия Путина (или отсутствие таковых) и его предполагаемые планы. Известия в статье под названием «Тайная демократия» пишут, что предвыборная кампания предполагает открытый диалог между кандидатами и избирателями по проблемам, которые общество считает важными. Не получая ответов на свои вопросы, общество будет строить догадки и предположения не в пользу власти. Об истории с Бабицким как о «перспективной модели» действий властей написала практически вся пресса. Однако есть и другие поводы для недоуменных вопросов.

«В центре Москвы на Якиманке засекреченный Центр стратегических разработок пишет программу жизни страны на 10 или 15 лет вперед». Такой срок заставил многих предположить, что Путин намерен увеличить свой президентский срок и даже поручил своей команде подготовить соответствующие конституционные поправки. Впрочем, толком никто ничего не знает. «Выборы — хороший повод просветить публику насчет своих планов на жизнь. Но Путин этого опять не делает».

Так же загадочны, считают Известия, намерения Путина «укреплять государство»: «Как? Мобилизуя офицеров действующего резерва на все сколь-либо значимые должности?»

Остается загадкой фигура будущего премьера при президенте Путине. «Путин и на сей счет молчит. После чего ошалевшие от гаданий чиновники Белого дома начинают прочить в премьеры самые экзотические фигуры». Известия вспоминают и другие примеры последнего времени: так и не получившую объяснения историю с рапортом об отставке первого замминистра внутренних дел генерала Колесникова; неожиданное высказывание Сергея Шойгу: «А не стать ли Путину лидером «Единства»?», так и не прокомментированное самим Путиным; слухи о создании Управления по борьбе с коррупцией в органах власти, а также о формировании «Межведомственной комиссии по вопросам конституционной безопасности» якобы для укрощения сепаратистских настроений в регионах.

Все это, по мнению газеты, свидетельствует, что Путин не только полностью сохранил фирменный ельцинский стиль внезапных кадровых перестановок, но и добавил к нему собственной скрытности и загадочности: «Он и его команда слишком часто, кажется, склонны рассматривать гласность в том, что касается работы и перестановок в высших органах власти, как вредоносную утечку информации. В начале ХХ1 века это ошибка».

Однако постепенно пресса начинает сама и не без успеха отвечать на собственные вопросы — вероятно, по причине отсутствия других собеседников. Газета Московский комсомолец, например, считают нелепыми разговоры о загадочности Путина: «Владимир Владимирович уже давно обозначил методы, которыми будет управлять Россией. Как говорится, имеющий глаза да увидит…» Далее следуют примеры: «Только за последние две недели и.о. президента сумел «развести» Чубайса и Березовского, договориться о финансовой поддержке с «Газпромом» и обзавестись собственным, независимым от Березовского или Чубайса телеканалом». Переход Олега Добродеева с НТВ на РТР, утверждает МК, состоялся «при непосредственном участии Владимира Владимировича».

Журнал Профиль в этой связи приводит мнение директора Агентства прикладной и региональной политики Валерия Хомякова, который не сомневается, что переход Добродеева на государственное телевидение связан с предстоящими президентскими выборами и «тем, что за этим последует»: «Путин, думая о будущем, пытается собрать наиболее серьезных профессионалов в области информации и пропаганды в одном месте — на государственном телевидении, которое должно стать флагманом будущей информационной политики нового президента».

Причем главный акцент, подчеркивает Профиль, делается не на предвыборный период (здесь все относительно ясно), а на суровые времена после выборов, «когда финансы страны не запоют, а завоют романсы». Вот тогда «гасить народное недовольство, переводя стрелки на виноватых (их список в окружении Путина уже составляется), и должен будет второй канал».

Однако пока впереди все же самое напряженное время перед выборами и главный вопрос для и.о. президента — «как не споткнуться о собственную тень» (выражение еженедельника Век). Известный политолог Вячеслав Никонов в интервью Веку утверждает, что «сохранение вопросительного знака в конце своей фамилии» — сознательная политика Путина: «Это вполне понятно — когда кандидат в президенты четко заявляет о своей идеологической ориентации, он тем самым отсекает значительную часть своих потенциальных противников, которые с этой ориентацией не согласны».

Именно это имеет в виду директор ВЦИОМ Юрий Левада, когда пишет в уже процитированной статье в НГ-сценарии о «феноменально высоком уровне общественного доверия к и.о. президента при феноменально низком уровне знаний о Путине как человеке и политике, его команде и его ориентациях… «Правые» ожидают от него правого поворота в политике, «левые» — возврата к ценностям социальной справедливости, патриоты — противостояния проискам Запада, либералы — сохранения связей с Западом и т.д. И практически все… надеются на то, что решительность нового президента обеспечит стране какой-то (неясно, какой именно) порядок)».

Впрочем, что уже известно о программе Путина, нисколько не мешает политикам и обществу продолжать надеяться на лучшее. Как пишет газета Время MN, «концептуальные идеи кандидата Путина в доступном публике приближении выглядят безукоризненно: порядок, законность, процветание единой и могучей родины. Обеспечить это дело должны люди, очень похожие на Чубайса, но чуть более гибкие… Олигархов, которые только притворяются мертвыми и неподвижными, следует всемерно использовать на благо отчизны, но к себе ближе чем на три шага не подпускать. Образованию и культуре — да, национализму и произволу — нет. Миру — мир, но многополярный». Возникает естественный вопрос, пишет газета: «Разве этого мало для такого кандидата? Особенно с учетом его искренности».

Попытку более серьезного анализа настоящей — не декларируемой — программы главного претендента на президентский пост делает Общая газета в статье «От позднего Ельцина к раннему Путину».

По мнению газеты, различия между Путиным и его соперниками за место единого кандидата от «партии власти» вполне иллюзорны. Все, что столь симпатично электорату во взглядах Путина, носилось в воздухе задолго до его явления в качестве преемника.

«Поворот к дистанцированию от Запада и «отстаиванию национальных интересов» произвел отнюдь не Путин, а его недавний конкурент Примаков (а наметился он вообще при «позднем» Козыреве). Терпимость к коммунистам, попытки войти с ними в сговор — главное обвинение, которое «семейные» СМИ предъявляли Примакову и Лужкову. Сильные слова о порядке и дисциплине произносили и Примаков, и Лужков, а уж о государственности и патриотизме кто только у нас не говорит». Искать какие-либо идейные различия между лидерами ОВР и Путиным просто смешно. Именно поэтому «полемика путинцев с Примаковым приобрела характер травли старого человека мальчишками-хулиганами — «старый примус, уходи».

Настоящие же задачи новой власти, с точки зрения ОГ, определяются «эволюцией интересов господствующего класса».

Первая и главная из этих задач — «добиться всеобщего согласия с результатами приватизации». Идея, предлагаемая теми, кто стремится закрепить свое сегодняшнее имущественное положение: «Пусть одни богаты, а другие бедны, одни обворованы, другие воры, но зато все мы — россияне».

Далее: хотя сложившаяся система «сводит угрозу со стороны народа до минимума», она все же не может обеспечить спокойствие элите. «Все-таки остается КПРФ, мощная партия, которая продолжает говорить об ограблении народа и неизбежности расплаты». Уничтожить ее, как еще недавно призывал Борис Березовский, невозможно, поэтому теперь тот же Березовский призывает включить коммунистов в «национальное согласие» («если нельзя убить, надо купить»). Задача вполне реальная, поскольку зюгановцы, в отличие от своего электората, «сами люди небедные», и усталость от роли «народных заступников» у них вполне просматривается.

Кроме того, новой власти необходим внешний враг. Пока эту роль играет Чечня. Однако после прекращения боевых действий место окажется вакантным. (Недаром журнал Новое время называет войну в Чечне «Операцией «Громоотвод» и считает, что быстро победить в Чечне для путинского рейтинга значительно хуже, чем надолго в ней увязнуть: в случае быстрого успеха «публика просто потеряет к Путину интерес»).

На роль нового внешнего врага, пишет Общая газета, предлагается Запад: «Поскольку процесс разграбления государственной собственности шел под «западническими» лозунгами, социальный протест естественно принял антизападную форму». Кроме того, обостряются отношения российского истеблишмента с западной правовой системой: » Вначале элита этой опасности не видела и не понимала, наивно полагая, что на Западе деньги решают все, а уж деньги-то у нее будут… Но западное общество оказалось совсем не таким, как ожидалось… Наша элита стала все больше ощущать всякие неудобства и даже опасаться за личную и имущественную безопасность». Таким образом, народное антизападничество гармонично сочетается с антизападными фобиями элиты.

Остальное — укрепление государства (прекращение внутриэлитных склок), обуздание СМИ (с той же целью), усиление государственного регулирования в экономике (лозунг рыночных реформ больше не годится) — имеет единую цель: «Не дать новым собственникам разориться в условиях настоящей рыночной конкуренции».

Вот, собственно говоря, «и весь Путин», — заключает газета. — Хотя наша элита в целом никакого участия в его выдвижении не принимала и поэтому его побаивается, все его «президентские» слова и мысли — слова и мысли этого класса, ибо другим просто неоткуда взяться… И кто бы ни оказался на его месте, он стал говорить примерно те же слова и проводить примерно ту же политику».

Неудивительно поэтому, что, как пишут Известия, по данным ВЦИОМа, 67 процентов россиян считают, что «власть с уходом Бориса Ельцина никуда не перешла, а находится в руках прежней команды». Впрочем, рейтинг и.о. президента за последнюю неделю вновь снизился, правда, всего на 1 процент, и он по-прежнему далеко опережает соперников.

Но так как безальтернативные выборы — нонсенс, и к тому же, как уже неоднократно говорилось, власть имущие никоим образом не заинтересованы в победе Путина в первом же туре, возник «главный политический слух недели», который сообщил журнал Компания: «Борис Березовский наконец определился с альтернативой Владимиру Путину. По слухам, очередную ставку депутат от Карачаево-Черкесии сделает на самарского губернатора Константина Титова, который баллотируется в президенты от СПС». Компания добавляет, что «по информации из проверенных источников, Борис Абрамович уже договорился с известным пиарщиком Глебом Павловским и нашел на предвыборную кампанию Титова $ 26 млн.»

Кандидатуру Титова признает, например, вполне достойной такое почтенное издание, как «Литературная газета», которая характеризует его как регионального лидера, который «девять лет проводит в большой российской области действительно либеральную политику. И достиг реальных экономических результатов, сумев на практике соединить реформы с решением социальных проблем».

Словом, в оставшееся до выборов время еще возможны всякие неожиданности. Список претендентов довольно большой и при грамотной поддержке многие из них смогут проявить себя.

Эту мысль замечательно проиллюстрировал знаменитый детский писатель Эдуард Успенский в интервью еженедельному приложению к НГ «Субботник»: «Почтальон Печкин мог бы стать хорошим президентом, потому что он — не негодяй. Конечно, он немного стукач, но полупорядочный человек. Впрочем, президентом мог бы стать и Крокодил Гена. Дядя Федор — тоже разумный человек. А России как раз сейчас нужен такой, просто честный человек».

Подпишись на новости этой тематики!

Подписка на выпуск позволит непрерывно быть в курсе публикаций СМИ по интересующим вас вопросам. Это дает полный контроль над ситуацией. Будь на шаг впереди конкурентов.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ